Моя без выбора

Слышу в спину мне летит от Сориной:

– Ах ты, сука!

И когда я уже торопилась на сцену, делая широкий шаг, ставит мне подножку. Я ""красиво"" приземляюсь, прямо между ног Мурадова, так как он повернулся ко мне всем корпусом.

Стою на коленях, прижимаю к груди чёртовы цветы! Представляю, как выгляжу со стороны! Как сумасшедшая поклонница звезды, к которому никто не пропускал, а я тут, БАЦ!!! И прорвалась через все преграды! Зашибись!!!

Щеки горят от стыда, естественно, из зала слышны смешки. Мой взгляд упирается в его ширинку.

Чёрт!!! Я жмурюсь, облизываю от волнения пересохшие губы, поднимаю голову, смотрю на Мурадова с открытым ртом, а он на меня. Хмурит брови, гипнотизирует мои губы, мы так зависаем секунд десять, он в недоумении на мои губы, а я в шоке на его смуглое лицо, затем взгляд поднимает на лицо, и меня бросает в жар от его пронизывающих глаз.

Из зала, уже громче, доносятся смешки.

– Ты долго так стоять собралась? – задаёт мне вопрос, которого я не понимаю.

– Что?

Поднимает меня одним рывком, я вручаю букет, буквально впечатываю в Мурадова и сбегаю со сцены.

Ирка посмеивается и говорит:

– Ты перед Мурадовым так стояла, будто отсосать ему собралась!

Я замедлила шаг, повернула своё пылающее лицо к Сориной и сказала:

– Какая же ты гадина!

А эта ""выдра"" прошипела мне в лицо:

– Гадина это – ты! И запомни, Белова, такие мужики, как Мурадов, тебе даже в рот не вставят, бедная, серая, мышь! Такие мужики встречаются только с такими красивыми, состоятельными и опытными девушками как я, а после женятся на них.

Видимо, сегодня – не мой день, потому что меня несёт и я говорю в ответ:

– И Слава Богу, Сорина. Потому что стоять на коленях – это не предел моих мечтаний. Видимо ты, Сорина, часто стоишь на коленях, раз рекламируешь свой богатый, опыт.– на последних словах делаю акцент.

– Я смотрю, наша тихоня из своей раковины вылезла? А за свои слова, Белова, ты ещё пожалеешь!

Не желая больше слушать, я поторопилась убраться из универа, побыстрей! Взяла из раздевалки свои вещи, натягивая их на ходу.

Опозорилась на весь универ, надо упокоиться. Теперь все парни университета будут предлагать мне, чёрт..понятно же, что. Мало мне было гадостей про мою большую грудь? С первого курса стебали, пытались зажимать, чего только не натерпелась. Пока не стала утягивать грудь и носить свободные вещи.

Первая стадия прошла, началась вторая стадия – самобичевание! Зачем я рот свой открыла? Мне вообще всё равно на этого Мурадова, он мне никто.