Мой одержимый босс

Я сама готова сбежать отсюда."

"Да только я всеми силами не желала, чтобы Айдаров знал о том, что у меня есть дочь.

Его дочь.

Моё маленькое рыжее чудо, дожидающееся меня дома у мамы. Я сегодня с трудом ушла на работу. Малышка летела в ноги, плакала и отказывалась спать.

– Нет, – не двигаясь с места, уверенно проговариваю. От его взгляда, полного претензий, коробит. И поэтому выпаливаю резко: – Неужели, босс, вы не помните, из-за кого я так и не смогла забеременеть?

Огонь в его глазах разжигается сильнее.

Знает.

Но не в курсе, что у меня всё-таки получилось. И я не скажу ему о дочери, что бы он ни сделал. А если увидит её... Никогда не узнает, что она – его.

– Помню, – цедит сквозь зубы.

– Молодец, – хвалю ехидно. – Но, конечно же, легче сразу поддаться эмоциям, когда твоя ревнивая девушка несётся докладывать на меня, чтобы убрать с дороги, да?

Я понимаю её!

Но не его.

Неясны его чувства и мотивы. Почему лезет ко мне несмотря на то, что именно он всё испортил? Назар разорвал наши отношения.

– То есть детей у тебя нет?

Больно это произносить.

– Нет, – вздёргиваю подбородок.

А у самой скверно на душе.

Прости, Ариша.

– А если бы были? – вдруг бросаю. – Уволил бы меня сразу же?

Глава 16

Глава 16

Назар

– Не дождёшься, – сдерживаюсь, чтобы не прибить кого-нибудь.

Либо Дарину, либо Машу.

Первая отчаянно пытается уволиться с работы, видит во мне чудовище. Тирана!

А вторая... Стучит и лжёт. Прислала мне вчера вечером голосовое сообщение.

Я не поверил.

Сначала.

А потом подумал на пьяную голову. У Дарины ведь за это время мог малыш появиться. От какого-нибудь мужика. Того самого, которого она упоминала.

Сука-сука-сука!

А если Дарина лжёт? И всё же есть ребёнок?

Тогда бы она им воспользовалась. Чтобы уйти.

Ведь готова на всё, лишь бы освободиться.

– У меня для тебя особые правила, – не сдерживаюсь. Нормальные на неё всё равно не действуют.

Только бы её не видеть. Не сорваться.

Взгляд сам приковывается к аппетитной тройке. При виде неё язык во рту колоть начинает. Воспоминания трёхлетней давности всплывают, как короткометражное кино.

Мой язык на её розовых и больших сосках. Клацающие по ним зубы.

Губы на бархатной коже...

Спускаюсь ещё ниже, видя перед собой голый силуэт.

Плоский животик, выпирающие тазовые косточки.