Мой опасный император

Моя самка довольно выгнулась внутри и пустила короткую волну шипами по хвосту, красуясь перед своим самцом. Рор оценил. Его глаза жадно вспыхнули, а ладони плавно сместились на мою поясницу.

— Как интересно, — хриплым возбуждающим шепотом произнес он. — Ты, точно как крылатка. Шипы остаются острыми даже в воде, — его пальцы двинулись по кругу, массируя основание моего хвоста в опасной близости от чувствительных точек.

— А у вас разве не так? — провокационно прогнулась ниже к нему, выставляя вперед грудь.

Император сразу воспользовался этим и игриво куснул сосок."

"— Нет, только в боевой форме. И у нас все равно нет таких шипов, потому что каудальная железа атрофировалась в процессе эволюции. У некоторых только остался ее урезанный вариант, — он чувствительно прикусил второй сосок и властно приподнял, насаживая на свой вздыбленный член.

— Нужно провести углубленное исследование. Согласна? — рыкнул он в мои губы, притягивая к себе.

— А ты точно в числе тех, у кого она осталась, — проурчала в ответ, приподнимая свой таз и снова опуская.

Ооо-ох! Хорошо-то как!

Ненасытная рихтовская самка мгновенно оживилась и перехватила контроль.

— Догадливая, умная рыбка, — выцеловывая мою шею короткими жалящими поцелуями, довольно заметил Рор. — Как сказали наши ученые, во мне больше трети от рихта. Это и помогло в конечном итоге в настоящей ситуации. Раньше таких как я не очень жаловали в нашем обществе.

Он перехватил инициативу и теперь сам направлял меня, плавно и неторопливо поднимая и опуская за талию на свой член.

— М-м-м… Дай угадаю, — мурлыкнула я. — Сейчас это отношение резко поменялось на противоположное.

— На кардинально противоположное, — жарко выдохнул он и резко увеличил темп.

Мне оставалось только вцепиться в его плечи и азартно вскрикивать от новых яростных, сильных толчков, от которых половина воды уже выплеснулась на пол, а вторая половина бурлила вокруг нас будто кипела.

— Да! Рор! Да-а! Еще-е! О-о!

Засыпала в его сильных объятиях, уставшая просто в край, но и счастливая до невозможности.

Самый яркий и счастливый момент! Сохраню его в памяти навсегда.

И плевать, что будет завтра. Сейчас Роргард мой, со мной. Нежно целует и убаюкивающе гладит своим шелковым хвостом мое бедро.