Мой горячий Север

Конечно, ты можешь поехать домой.

— Прямо сейчас?

Плохой вопрос. Но она имеет на него право.

— Я еще не разобрался в ситуации и не видел брата, но это мои проблемы. Если хочешь уехать прямо сейчас, я устрою.

— А что мне говорить полиции?

— Марк этим тебе угрожал?

— Марк? — она хмурится и собирает морщинки на высоком лбу.

— Моего брата зовут Марк, ты с ним разговаривала. Ты открыла ему дверь, да?

— Да, и он сразу ее дернул, вошел, — она нервно сглатывает. — Вел себя как хозяин…

— Он и со мной такой же, — я забираю бутылку из ее тонких ладоней.

— Больше ему некому вправлять мозги?

— Только если Анне.

Я замечаю, как Юля переводит напряженный взгляд на дверь. Буквально слышу ее мысли, как она раздумывает подняться и пойти к ней. Проверить, что стоят мои слова, что она может поехать домой в любое время. Я поднимаюсь на ноги первым и протягиваю ей ладонь.

— Если ты решила, я отвезу. Или найду человека, который это сделает. Мне херово от того, что ты смотришь на меня как на врага, я точно не хотел тебя напугать.

— Твой брат сказал, что на тебя вышли органы. Что у тебя были договоренности с полицией, но они пошли к черту и поэтому за тобой скоро приедут. А из меня сделают свидетеля, ведь ты мне много что рассказал.

— Ты много знаешь для случайного человека, но для свидетеля — ничего.

Я опускаюсь на колени перед ней и беру ее ладони в свои руки.

— Марк беспокоится за меня, вот и навел тут драму. Я пару раз чуть не погибал из-за него, так что он сейчас включил старшего брата и большого босса в спасательном жилете.

Но я с ним поговорю. Объясню, что к чему, и что к Юле ему нельзя подходить на много-много метров.

— Вы вообще не похожи, — произносит Юля тихо. — Я бы никогда не подумала, что вы братья.

— Нам это часто говорят.

Мы еще немного сидим вместе, а потом я показываю Юле, где можно умыться и привести себя в порядок. Я отлучаюсь, когда слышу рычание дизельных моторов с улицы. Приезжает сразу несколько машин, чертова королевская свита… Марк не оставил старых привычек, полгода он жил в другой стране и, кажется, пытался наладить мирную жизнь, но я уже начинаю сомневаться, что поменялся хоть на крупицу.

Я спускаюсь на первый этаж, чтобы наконец повидаться.