Морской закон

И вообще, на твоем месте, Мустафа, я бы не злил его. Али сейчас как уж на раскаленной сковородке, смотри, как бы тебе не оказаться крайним. Лучше сцепи зубы и жди своего часа.

– Шайтан бы их всех побрал, – сплюнул за борт Мустафа.

Али, занявший после гибели полковника Аббаса его каюту, не решился принимать какие-либо самостоятельные меры, а отправил в Триполи радиограмму, зашифрованную его личным кодом. Два дня руководство Истихбарат[1] хранило молчание, видимо, шло осмысление произошедшего, и эксперты-аналитики пытались определить, какие последствия может вызвать данное событие.

Наконец на третий день пришло сообщение из Триполи.

«Аладдину.

В связи с гибелью Дельфина (позывной Фарука), командование группой возлагается на вас. В султанат для расследования этого инцидента направляется особая оперативно-следственная бригада под руководством Варана (майор Назир Шах), в подчинение которого переходит ваша группа вплоть до специального распоряжения.

Синдбад».

Несколько раз прочитав расшифровку радиограммы, Али впервые за последнее время облегченно вздохнул.

Охота на дикого гуся интересное занятие, но оно требует терпения и выдержки.

Гусь – птица не только вредная (пожирает озимые с полей), но и осторожная. Ближе чем на двести метров человека не подпустит, а жесткое перо не всякой дроби «по зубам».

Для успешной охоты нужен малокалиберный карабин, верный глаз, выдержка и заранее прикормленное поле."

"Последнее время гусиной охотой заинтересовался директор ФСБ, уже дважды он выезжал на выходные в Подмосковье на колхозные поля и оба раза привозил домой великолепных серых красавцев с аккуратно простреленными головами.

В это воскресенье генерал вновь пожаловал на пшеничное поле колхоза «Красный луч», ныне объединенного фермерского хозяйства, сохранившего то же название.

Прибыл руководитель Федеральной службы безопасности в компании своего адъютанта и двух полковников из управления тылового обеспечения, завзятых охотников. При них бессменно находился снайпер, на тот случай, если кто из охотников промахнется, не возвращаться же домой без трофея. Но это, как говорится, за кадром.