Механический Дед Мороз

Финдус стоял одной лапой на столе, а другой пытался удержать деревянную поварёшку в вертикальном положении.

— Ну как, ты уже закончил думать? — поинтересовался он, когда Петсон с книжкой в руках уселся на диване.

— Куда там… я всё время думаю.

— А зачем же ты тогда читаешь? — удивился Финдус и склонился над книжкой, заслонив собой страницы.

— Эта книга — о механике, — объяснил Петсон и отодвинул кота. — Ну, о том, как строить машины. Помнится мне, тут что-то написано об одном старике по имени Полхем, очень толковом.

Петсон погрузился в книгу.

Финдус большими шагами мерил стол и монотонно бормотал:

— Меховический алфавит, ясное дело! Михелический ольфавит. Мехунический ильфувит. Мухатический антивид…

— Полхем придумал столько разных способов запускать в ход машины… — продолжал Петсон. — Например, если на одном конце крутится колесо, то оно приведёт в движение рейку на другом конце. Или если штифт ходит взад-вперёд, то он заставляет крутиться другой штифт.

И он попробовал показать руками.

— Я тоже так могу, — заявил Финдус. — Если я буду вертеть лапой вот так, этот штифт будет ходить туда-сюда.

Котёнок начал крутить задней лапой и одновременно водить деревянной поварёшкой взад-вперёд. Он делал это с таким жаром, что потерял равновесие и шлёпнулся на пол. Петсон только бровью повёл, покачал головой и продолжил читать. Он к такому уже привык. Финдус снова вскочил на стол.

— Этот твой мухатический подкладыватель так будет делать? — возмущённо спросил он.

— Да, но не так буйно, — ответил Петсон.

— А не опасно с ним дело иметь? — засомневался Финдус. — Ещё прибьёт, чего доброго.

— Мм… вряд ли, — пробормотал Петсон, продолжая читать.

Он нашёл то, что искал о Полхеме. Написано было не так уж много, и ничего полезного для себя старик не отыскал, зато там были три маленьких чертежа механических букв. Петсон близоруко сощурился. Финдус пролез между ним и книгой и тоже изо всех сил прищурился.

— Думаешь, я уже прочитал? — спросил Петсон и улыбнулся, глядя на упрямого кота.

— А то как же? — решительно заявил Финдус. — И думать закончил. Сейчас мы сыграем в крестики-нолики.

Они сыграли в эту игру на свой манер — кусочками сахара на клетчатой скатерти. Финдус всё время менял правила — непременно в свою пользу. Как же иначе?

А потом пришла пора спать.

Когда они улеглись, Петсон всё думал о Полхеме и механическом алфавите.