Мэйфейрские ведьмы

Клэй стоял в углу комнаты, сложив руки на груди, и наблюдал за всем происходящим.

Когда священник робко осведомился, нельзя ли прикрыть оконные створки, Джулиен ответил, что это небеса рыдают по Маргарите и было бы неуважением закрыть окно. Затем Джулиен сбросил свечи с католического алтаря у кровати, что оскорбило священника и напугало Кэтрин.

— Право, Джулиен, перестань сходить с ума — прошептала Кэтрин.

От этих слов Винсент невольно рассмеялся, и Клэй тоже не сумел сдержать улыбку. Все смущенно посмотрели на священника, который пребывал в ужасе.

Клэй тихо вышел из комнаты.

Прощаясь, священник спросил Кэтрин об изумруде. Та довольно небрежно ответила, что эту драгоценность она унаследовала от матери, но надевала очень редко из-за того, что камень такой большой и тяжелый. Пусть теперь он достанется Мэри-Бет.

Наконец священник покинул дом и через несколько сотен ярдов обнаружил, что небо ясное и нет никакого дождя и ветра. Он наткнулся на Клэя, сидящего на белом стуле с высокой спинкой у дощатого забора, возведенного вокруг плантации; Клэй курил и любовался бурей вдалеке, которая была хорошо видна, несмотря на темноту. Священник поприветствовал Клэя, но тот как будто ничего не услышал.

Это первый подробный отчет о смерти одной из Мэйфейрских ведьм, которым мы располагаем со времени описания Петиром ван Абелем смерти Деборы.

Есть много других рассказов о Джулиене, которые можно было бы включить сюда, и, наверное, в будущем так и следует поступить. Мы еще услышим о нем по мере того, как будет разворачиваться история Мэри-Бет.

Но мы не станем переходить в нашем повествовании к Мэри-Бет, не упомянув еще об одной грани личности Джулиена, а именно о его бисексуальности. Истории, рассказанные о Джулиене одним из его любовников, Ричардом Ллуэллином, стоят того, чтобы их подробно здесь привести.

Как было сказано выше, Джулиена начали связывать с «преступлением против природы» в очень юном возрасте, когда он убил — случайно или намеренно — одного из своих дядей. Мы также упоминали его компаньона, с которым он поселился во Французском квартале в конце пятидесятых годов девятнадцатого века.

В течение всей его жизни у Джулиена были подобные компаньоны, но о большинстве из них нам ничего не известно.