Мария, королева Нисландии

Хотя…

«Если подумать, то у нас достаточное количество торговых договоров с Бритарией, и, не взирая ни на какие «родственнее чувства», Эгберт дерёт с нас пошлину по полной. Конечно, бритарцы — наши ближайшие соседи. Но торговля с востоком приносит нам гораздо больше. Случись что, закупать пшеницу и овощи мы сможем и в портах Франкии.».

Она все еще колебалась, стоит ли вмешаться и смягчить слова мужа, когда королева-мать, потупившись, произнесла:

— Я приношу вам свои извинения, ваше королевское величество, — от раздражения лицо ее слегка потемнело, и Мария, больше из жалости к старухе, слегка коснулась своими пальцами сжатой в кулак руки мужа, успокаивая его.

Некоторое время гости ели во всех видах приготовленную рыбу: начиная от той самой гигантской стерляди, заканчивая паштетами с пряными травами, запеченными в специальных горшочках.

И вот толпа слуг в очередной раз принялась менять блюда и тарелки, а гости торопливо поднимались из-за стола.

Сейчас накрывали фрукты и сладкое, а на небольших антресолях в соседней комнате заиграл скрытый от зрителей тонкой воздушной кисеёй оркестр: слуги распахнули двойные позолоченные двери, и в бальный зал, украшенный сотней свечей, хлынул поток гостей.

Отполированный воском паркет отражал горящие огоньки. Тонкая занавеска, за которой прятались музыканты, колыхалась от слабого сквознячка. А медленная и торжественная музыка была просто прелюдией к началу.

За столько лет Мария прекрасно обучилась не только соблюдать бритарский этикет и пользоваться нужными приборами, но и их салонным нудным танцам.

Гости выстраивались по ранжиру: первыми — новобрачные; за ними — его королевское величество со старшей сестрой, королевой Росиндой. Третьими встали Мартин и Мария. Именно эти три пары должны открыть бал первым танцем.

Мария жила в этом мире уже много лет, и последнее, в чём её можно было заподозрить — это злорадство. Однако сейчас она, сама удивляясь своей реакции, испытывала именно его! Королева прекрасно понимала, как смотрятся все три пары, стоящие на расстоянии двух метров друг от друга, но достаточно близко для того, чтобы люди, расположившиеся по периметру бальной залы, могли их оценить и сравнить.

Первой парой стояли Лютеция и князь.