Мария, королева Нисландии

Вместо привычной уже, неразговорчивой Мэгхилд в ванной комнате обнаружилась новая служанка Хилтруд. Худенькая, невысокая росточком женщина с подвижным обезьяньим личиком и цепкими ручками. В отличие от молчаливой Мэгхилд, эта новенькая была весьма словоохотлива и даже излишне любезна.

— Проходите, ваше величество, проходите. Я тут вам для умывания кое-что приготовила. Уверена, вам понравится, ваше величество! Я ведь, госпожа, травками этими смолоду заниматься обучена. Еще бабка моя в городке своем лучшей травницей слыла, и с детства она меня обучала.

Так что очень распрекрасно я разбираюсь, которая травка мягкость коже дает, а которая — белизну непревзойденную!

Движения женщины были быстрыми и суетливыми. Она тараторила с такой скоростью, что, казалось, боится опоздать куда-то. Вместо привычной плошки с жидким мылом, которое пахло как обыкновенное хозяйственное, Хилтруд устроила целую выставку разнообразных мисочек и горшочков, которые сейчас и показывала королеве.

— Вот этим, ежли волосы мыть, то они вскорости гуще станут в два раза и пахнуть будут так, что ни один мужчина не устоит! А вот здесь, ваше величество, во флакончике самое что ни на есть редкое снадобье хранится! Ежли его в кожу лица втирать, ни одного пятнышка не останется.

Ежли им руки намазать, самая наимягчайшая кожа у вас станет. А ежли пятки натереть, то никогда у вас мозоли не будет, пресветлая госпожа.

Проблема была в том, что эта любезная и словоохотливая служанка появилась в доме Марии вместе с Лореной. То есть девица явно была ее ставленницей, и пользоваться хоть чем-то из предлагаемых средств было бы верхом глупости.

Мария прекрасно помнила, что наиболее удобный способ устранить ее саму — отравление.

Пусть и знала она о ядовитых веществах только понаслышке, но историю «Проклятых королей» от Мориса Дрюона прекрасно помнила. И так же прекрасно помнила, что вовсе не обязательно принимать внутрь какое-нибудь сомнительное снадобье: достаточно даже и ядовитых свечей, как в романе. А ведь есть и такие яды, которые проникают сквозь кожу.

Да даже убивать не обязательно. Можно ведь и изуродовать так, что родная мать не узнает!

Однако и показывать свой страх говорливой служанке было невозможно. Страх — это как раз то, что хотят увидеть и Лорена, и лорд Нордвиг. Страх ест душу и не дает размышлять рационально. Вита пусть и была несколько простовата, но новой служанке точно так же не доверяла.

— Ну-ка, милочка, ступай-ка ты отсюда, — недовольным тоном заговорила горничная.