Лучи смерти

Разрешите приступить?

– Даю подсказку: он, возможно, немец. Погляди в иностранцах. И побыстрее возвращайся, будем готовить облаву.

Сыщики стали набрасывать план операции и рассчитывать необходимые для этого силы. Поручик сидел рядом и учился.

– На Яузский и Покровский бульвары кого поставим?

– Конно-полицейские разъезды.

– Согласен. Для полного оцепления Свиного дома потребуется человек восемьдесят.

– Возьми из резерва. Эх, жалко, Белоконь погиб! Храбрый человек, он бы нам сейчас пригодился.

– Чего теперь… А в самих казармах как?

– Внутрь пусть войдут три отряда.

За такими разговорами прошел час. Вдруг дверь кабинета распахнулась, и ввалился старший филер. Улыбка у него была до ушей.

– Ваше высокоблагородие, нашел!

– Кого? Скоробогатова?

– Так точно! И никакой он не Скоробогатов, а природный немец, правильно вы подсказали. Иоахим Гамбургер его зовут. Проходил у нас по мошенничеству четыре года назад, отсидел восемь месяцев в Таганской.

– Вот как, – обрадовался Лыков. – Василий Иванович, где у вас переплетчики сидят?

– Пятая казарма, второй этаж.

– Туда я пойду самолично.

Облаву решили начать в восемь вечера. Обитатели ночлежек уже начнут заселяться, а ночные охотники еще не уйдут на промысел. Лебедев собрал большие силы наружной полиции и подкрепил их своими людьми. Ровно в восемь по переулкам зазвучали свистки. Свиной дом быстро обложили со всех сторон. Коллежский советник вошел в пятую казарму, где была ночлежка переплетчиков.

– Уберите, он не потребуется, – сказал сыщик.

Поляк посмотрел на рожи, что высунулись из дверей, и замешкался.

– Уберите! – прикрикнул Лыков и полез по заплеванной лестнице на второй этаж. Через десять минут все обитатели казармы стояли во дворе и вполголоса матерились.

– А ну тихо, народец! – зычно скомандовал коллежский советник. – Встали в круг, разговор есть.

Хитрованцы построились. Лыков вытолкнул вперед лже-Скоробогатова.

– Знаете этого человека?

Толпа молчала, ожидая объяснений. Они не замедлили быть.

– Это германский шпион, зовут Гамбургер. Вся облава из-за него. Он нам нужен, не вы.

– Ишь, сволочь, – подал голос старый оборванец. – Загорелась душа до винного ковша, а тут парься…

– Барин, че ж мы-то стоим? – оживилась толпа. А из соседних корпусов отряды городовых сгоняли все новых и новых обитателей.