Ловушка для светлой леди

Я окинула взглядом красавца-лорда, посмотрела на сидящую напротив невозмутимую рэйю Фриду,и постаралась не думать о том, что окружена совершенно чужими людьми и не увижу на своей свадьбе ни одного родного лица. Не страшно. Я справлюсь.

Нет, конечно же, мне хотелось бы, чтобы в этот знаменательный день рядом со мной были родители, и бабушка, и подруги... Но я не привыкла мечтать о несбыточном и сожалеть о прошлом. Слишком давно поняла, что чудес не бывает,и никто не сможет вернуть мне близких, потому и старалась лишний раз не вспоминать.

.. Не вспоминать лицо мамы, не возвращаться мыслями в тот день, когда ее не стало, не тревожить память отца... Они продолжали жить в моем сердце, но я редко упоминала о своих родителях. Слишком больно было осознавать, что никогда больше их не увижу.

Я слышала, как Дороти шепталась с прачкой Димпси о том, что ""может, оно и к лучшему, что девочка не помнит родных"" , а та отвечала, что,дескать, сердце у молодой госпожи каменное, ни слезиночки никогда не проронит, ни слова, про маменьку с папенькой не скажет.

..

Что ж... Я, и правда, молчала, никому не позволяя лезть ко мне в душу. Так было легче.

- Подъезжаем, миледи, - вырвал меня из грустных размышлений голос рэйи Фриды.

Я огляделась вокруг. Мы оказались перед широкой площадью, на которой, гордой ледяной глыбой, возвышался огромный, величественный собор. Его высокая колокольня возносилась своим шпилем почти до облаков,и сейчас, стоило нам въехать на розоватые плиты церковного двора, как с ее верхнего яруса раздался нежный, переливчатый звон.

Тут же ожил мощный главный колокол, вплетая в мелодию свой басистый голос, а когда карета остановилась у входа, трезвонили уже все пятнадцать колоколов.

- Миледи, - Корс подал мне руку, помогая выйти из лавдо.

Рэйе Фриде пришлось выбираться самой, но сдержанная леди ничем не проявила своего недовольства.

Не успели мы оказаться у порога храма, как пажи ловко подхватили мой шлейф и торжественно замерли у меня за спиной.

- Не отставайте, миледи, - тихо шепнул Корс, шагнув на нижнюю ступень устланной алой ковровой дорожкой лестницы.

Я оперлась на его руку, посмотрела по сторонам и пошла за своим сопровождающим. В голове звучали слова старой арсейской присказки: - ""Не та любовь, когда жизнь мила, а та, когда без милого жить невмоготу!"" Могу ли я сказать, что не проживу без Торна и дня?

Мы медленно поднимались по ступеням собора, а вокруг не смолкал восторженный гул голосов, перекрываемый колокольным звоном.