Лютый

 — Ухххххх, третья тарелочка вошла как надо! Что там у нас дальше по списку?…

Не знаю, как мы все умудрялись есть, не давившись от хохота, когда Ледяной начинал что-нибудь говорить, отмахиваясь от Свирепого, который пихал его локтем в бок, шепча, что это неприлично разговаривать во время еды.

Жаль было уезжать из царства Полярных, когда я тонула в крепких и жарких объятьях Отца, который никак не хотел отпускать нас с Мией, но прогонял наших мужей.

— Вы же всегда можете приходить к нам. В любое время дня и ночи! В доме всегда тонна еды, — целовала Мия в колючую от щетины и серебристой бороды щеку Ледяного, когда я осторожно вышла на улицу в поисках наших мужей, которые ждали нас снаружи, чтобы унести на своих огромных мохнатых лапах домой.

Север, Янтарь и остальные Кадьяки стояли чуть поодаль, и я нахмурилась, не сразу увидев Лютого.

Он стоял в стороне от всех, прислонившись своим могучим широким плечом к льдине и склонив голову вниз, словно думал о чем-то.

Даже сейчас я не могла смотреть на него спокойно, замирая от восторга каждый раз. когда видела его. Вот и сейчас я застыла, с обожанием и огромной любовью рассматривая его широченную спину, зашагав к нему…и не сразу поняв, что он не просто стоит, а разговаривает с кем-то.

С кем-то, кого не было даже видно из-за ледника, отчего создавалось впечатление, что Бер словно разговаривает сам с собой.

— …ты ведь знаешь, что я не оставлю это так и не успокоюсь!

— Никто не собирается оставлять эту ситуацию, угомонись! — хоть Лютый и говорил как всегда размеренно и даже мурлыкающие, в его голосе уже сквозили явные недовольные нотки, — Но то, что говоришь ты — это полный бред!

— Это не бред. Думай головой, а не сердцем…

— ОН МОЙ БРАТ! — вдруг прорычал Лютый низко и приглушенно, но так, что на моем теле встал каждый волос от паники, как в ту секунду, когда я впервые увидела перед собой настоящих белых медведей, зная, что от них не будет спасения.

— С каких это пор он стал твоим братом? Не глупи! Что ты знаешь о нем, кроме того, что он родственник Севера? Ты знаешь его всего пару месяцев! — не унималась Луна, говоря настойчиво и резко, чем явно злила Лютого лишь еще сильнее, совершенно не боясь этого.