Локки 2. Потомок бога

В его взгляде так и кипела ярость, но он продолжал сидеть с опущенной головой.

Всё же парень не утерпел и глухо проговорил, защищая брата:

— У Эдуарда всё бы получилось, не появись этот жрец из храма Перуна. Кто же знал, что ему ответит бог?"

"— Да хрена с два у него получилось бы! — выкрикнула женщина. — Громов переиграл его, как сопливого юнца! Даже если бы Перун не ответил, он бы всё равно вышел сухим из воды! Нет в нём никакой сущности! И заруби себе на носу, Роберт, даже не думай связываться с этим недоноском Громовым.

Он и тебя уничтожит!

Губы парня на миг раздвинула злобная усмешка, кулаки мстительно сжались. В глазах же вспыхнуло страстное желание отомстить за унижения брата. Громов за всё поплатится!

Но пока Роберт сделал вид, что покорился приказу матери. А та немного успокоилась и посмотрела в окно. За ним вдалеке среди огней города можно было рассмотреть Стену.

— Выбор, сделанный в страхе, редко бывает правильным, — хрипло проговорила Долматова, всё ещё бурно дыша. — Если Эдуард так сильно перепугался гнева богов, то он мог умчаться туда, где властвуют совсем другие боги.

Проверьте все врата. Возможно, Эдуард скрылся за Стеной. Может, кто-то из стражей видел его.

— Неужели Эдуард не понимает, что погибнет в Пустоши? — пробормотал барон.

— Я уже не знаю, что у него на уме. Может, он решился на самое страшное, — глухо сказала женщина. — И тогда мы все будем проклинать его до самой смерти.

* * *Подземелье Хаоса

Проникшие в пещеру монстры были очередным порождением богов Хаоса.

И основой для них послужили люди. Кровожадные красные глаза блестели на измождённых лицах со складчатой серой кожей, сквозь которую прорывались ядовитые шипы. Непропорционально длинные руки украшали когти-сабли, а ноги больше напоминали лапы. Рты же выглядели как багровые дыры, нашпигованные острыми зубами-иголками. А на животе у каждой твари имелся короткий хоботок.

— Громов, это ядовики. У них даже кровь ядовитая. В имперском справочнике они находятся в разделе особо опасных существ.

А уровень у них шестой, — лихорадочно протараторила мулатка, стоя вместе со мной на берегу реки.

— Всего-то? Совсем меня не уважают, — скривился я и положил на плечо баронессы руку, окутанную «вдохновением». — Ты знаешь, что делать.

Огнева кивнула и вызвала «воздушную плёнку». Та покрыла её кожу. А сама девушка шмыгнула под прикрытие одной из статуй богов Хаоса.

Я посчитал, что моё смертное тело уже достаточно окрепло, потому применил шестой атрибут.