Любовь, ферма и коза в придачу

— Да как ты смеешь, щенок — реакция Эдгара была предсказуемой, но от того не менее бурной — Я был слишком терпелив с тобой, сопляк, и ты решил, что может тявкать на меня?

— Перестаньте сейчас же! — Я встала между этими двумя петухами, справедливо опасаясь потасовки, так как Брачинский был на взводе, готовый кинуться на одного зеленого упрямого осла. Ну вот только драки мне сейчас не хватало к сожжённому дому и задушенному телу Вьежеса.

— Мы должны разобраться с тем, что только что произошло и….

Договорить я не успела так как ночную тишь разрезал короткий, но очень громкий и отчаянный визг Фреи. Он тут же затих от чего стало еще страшнее.

— Сашка! — внутри все похолодело и я с ужасом поняла, что нас все это время отвлекали.

Пожар, Вьежес, его ужасная смерть, это всего лишь приманка, чтобы отвлечь нас и оставить главную цель почти без присмотра. Моего сына!!!

— Сашка! — на этот раз над нашим полем разнесся мой крик и сорвавшись с места я понеслась в ту сторону откуда послышался визг Фреи.

""Господи! Только не это, только не Саша"" — билась в голове одна мысль, пока ноги летели к деревьям, где мы оставили Фрею и моего сыночка.

Казалось прошла целая жизнь(хотя на самом деле минута) пока я добралась до дому. Фрею я увидела распростертой без сознания на земле, а над нею склонилась какая-то фигура в черном.

— Стой!

Мой голос сорвался на высоких нотах от чего фигура встрепенулась и резко прижав к себе сверток, что по объёмам вполне мог оказаться моим сыном, начала таять в воздухе.

— Нет! Нет, нет, нет!

Твердила я подбегая ближе и пытаясь ухватить руками все тот же проклятый туман в котором расплылась тварь укравшая моего мальчика.

— Верни его! Верни моего Сашку! — кричала я срывая голос, но ночь была глуха и холодна, а чудовище укравшее мой комочек счастья и не думало возвращать его.

Не может быть! Нет!

Горькая реальность и отчаяние, порожденное бессилием, заставило меня опустится на землю рядом с Фреей и в ужасе завыть от моей потери.

""Не уберегла!"" — била в голове набатом мысль.

Но потонуть в глубоком колодце собственных переживаний мне не дали сильные руки, что почти грубо вздернули меня вверх.

Эдгар прижал мою бьющуюся в истерике тушку спиной к своей груди и приказал:

— Не смей отчаиваться! Доверься мне и я верну нашего сына! Веришь?

Вопрос был лишним.