Любовь, ферма и коза в придачу

Но в принципе провожатых нам и не нужно было. От двора по огромному полю золотистых колосьев тянулась длинная утоптанная и испачканная гарью дорожка, что периодически петляла и изворачивалась иногда образуя очень виртуозные круги.

Я с болью наблюдала как Брачинский дотаптывает остатки моего урожая игнорируя этот проверенный серпантин и уверено шагая напрямую на звуки чьих-то причитаний.

— Я все, все скажу — визжал до боли знакомый голос впереди — только убери это чудовище.

На что услышала возмущенное фырканье своей козюлины.

— За словами следи, падаль, — о, а это уже гневные нотки в голосе Фрея, любимицу которого обидели — Ты нам и так все расскажешь…

— Однозначно! — подтвердил его слова Эдгар, отодвигая последние колосья и открывая нам кругозор на импровизированную полянку, а вернее ""поле битвы"", что предстало перед нашими глазами.

Все мои подозрения благополучно подтвердились так, как посреди нее валялся хорошенько потрёпанный Вьежес, а с обеих сторон на него нависали злющие Фрей и Ингеборга.

Совсем уже не почтенный и давно уже не молочник выглядел так как и положено было поджигателю: грязный, в копоти и следах от чьих то ребристых рогов. Видать Ингеборга успела приложиться не раз к этому мерзавцу перед тем как Фрей вмешался в этот процесс. Правда спасение пришло к Вьежесу ненадолго.

— Мира! — завыл этот мерзавец и дернулся ко мне, но так и застыл, увидев как угрожающе качнулись рога козы в его сторону — Я не виноват! Меня заставили!

Запричитал Вьежес и молитвенно протянула ко мне руку, второй он в это время размазывал слезы и сопли по небритым щекам.

— Кто?

Пока я созерцала человечишку, по милости которого чуть не погибла полтора года назад, и боролась с тошнотой Эдгар перешёл непосредственно к допросу.

— Ваша светлость, я….

— Говори, мразь, кто? — Фрей тоже не собирался стоять в сторонке и миндальничать с поджигателем — Иначе мы тебя здесь и сейчас прикопаем!

Рога козы абсолютно солидарно с парнем качнулись в сторону бывшего молочника, что стало окончательным аргументом и ""клиент поплыл"".

— Я все скажу! Все-все! У меня не было выбора разве! Я мог отказать его кхр…кхр… кхь…

Дальнейшие слова потерялись в иступленном кашле.