Любовь - не обязательное условие, или Попаданка решит сама!

Уверена, его тайна может повергнуть в шок любую девушку этого мира, но не меня — попаданку, которая вполне способна мыслить шире. К тому же, если уйду сейчас, не узнав, что же такое страшное он о себе скрывает, я никогда себе этого не прощу.

— Арман… — обернулась я и вздрогнула, внезапно увидев, что он всего в шаге за моей спиной.

Он смотрел на меня как-то лихорадочно, будто прощался. Я выдохнула и шагнула к нему вплотную, обняла и прижалась к его широкой груди, в которой гулко билось его сердце.

Теперь уже вздрогнул он и нерешительно обнял меня в ответ.

— Анна…

— Не надо, Арман. Просто скажи как есть. Иначе я сама напридумываю столько ужасов, что тебе и не снилось. Поверь, воображение у меня хорошее.

И мысленно добавила: «А фильмов и книг обо всякой жути я видела и читала достаточно, чтобы вообразить такое, что тебя самого приведет в шок и трепет».

— Верю, — усмехнулся он. Но вместо того, чтобы рассказать свою тайну, внезапно попросил: — Поцелуй меня.

Я удивленно подняла голову, и он тут же накрыл мои губы своими.

На этот раз поцелуй был нежным, тягучим, невероятно чувственным, сбивающим с ног.

— Арман… — прошептала я ему в губы, судорожно вдыхая воздух, который закончился в легких.

И Арман словно сорвался с цепи, целуя теперь напористо, жадно, страстно.

Я уже не могла стоять и повисла на нем, вцепившись в полы его мундира. Арман подхватил меня под бедра и посадил на подоконник, оказавшись между моих ног. Подставила ему для поцелуев шею, зарылась пальцами в его волосы и тихонько застонала, шалея от происходящего.

В этот момент было неважно, кто он, что он. Я сходила с ума от его губ, рук, запаха, срывавшегося дыхания. Нас буквально трясло от желания прикасаться друг к другу, чувствовать, ощущать…

Внезапный стук в дверь не то чтобы привел в чувство, но заставил нас замереть, расфокусированно глядя друг другу в глаза.

Стук повторился, став более требовательным. Я посмотрела на дверь и увидела, как ручка начала медленно опускаться."

"Меня аж подбросило на месте.

В голове быстро пролетели ассоциации: полумрак комнаты, мужчина рядом, затем толпа зевак, позор, храм и монастырь. И я, как кошка, в одно мгновение вывернулась из объятий Армана и нырнула за тяжелую плотную портьеру, пытаясь унять дыхание.

Только тут до меня дошло, что в случае с канцлером представленная мною схема вряд ли бы сработала — он смог бы заткнуть рот кому угодно. Не зря ведь про его любовниц знали все, но никто не смел об этом даже пикнуть.