Любовь - не обязательное условие, или Попаданка решит сама!

— А может, уже хватит? По-моему, мы поднялись достаточно высоко. А рекорды вы уж как-нибудь в другой раз поставите.

— Но ведь мы еще даже не поднялись на высоту обзорной башни! — возмутился Жером и продолжил отцеплять мешки с песком.

— Леди права, Жером. Хватит. Вы увлеклись.

Но экспериментатор уже успел скинуть достаточно балласта, чтобы мы, по ощущениям, поднялись еще метров на пять. Он с блестящими от распиравшей его гордости глазами смотрел на нас и на окрестности.

— Это же великолепно! Мы с вами поднялись на высоту полета птиц!

— Птицы разные бывают, — пробормотала я, но не стала портить человеку мгновения триумфа и тоже огляделась.

— Ветер поднялся, — увидел, как я поежилась, Арман. — Давайте снижаться.

На высоте и в самом деле стало прохладнее, но я передернула плечами не поэтому. Внизу, на земле, прямо под нами, там, где остался руководить нашим снижением младший из изобретателей, я заметила нездоровую суету. Отчего-то вспомнились неприятные события прошлых дней, и стало не по себе.

Внезапно шар дернулся и довольно шустро полетел вперед.

— Не переживайте! — после секундного ступора заявил Жером. — Что бы там ни случилось, ничего страшного не произошло! Мы без труда сядем за стенами города, когда туда долетим."

"— Главное, чтобы не стали палить из пистолетов, — пробормотал себе под нос Арман, но я его услышала.

Раздавшийся следом звук выстрела дал понять, что канцлер был прав.

На этот раз Жером опешил и застыл, глядя в пространство, как потерявший ориентиры суслик. Я мало чем от него отличалась, но почему-то уставилась на Армана, стараясь сдержаться и не закричать «Мы все умрем!».

Не знаю, что там в моем взгляде увидел канцлер, но его губы сжались в тонкую линию, а взгляд приобрел решительность.

— Сбрасывайте балласт! — приказал он. — Нужно подняться выше! — Он сделал шаг к Жерому, тряхнул его за плечо, приводя в чувство, и коротко повторил: — Балласт! Сбрасываем!

Я тоже кинулась к мешкам с песком и начала активно их отцеплять. Задумка Армана была понятна: чем выше мы поднимемся, тем сложнее в нас будет попасть. К тому же долго и прицельно убийцам никто стрелять не позволит. Уверена, внизу быстро наведут порядок, но до этого еще нужно дожить.