Ликвидаторы

Снежанна уловила это и завелась еще больше. Она полностью потеряла контроль над собой. Девушка начала быстрые короткие движения бедрами, вызывая его оргазм.

Даже когда Сергей откинулся на спину с протяжным хриплым стоном, Снежанна не остановилась. Она была ненасытной и требовательной, решила довести его до полного изнеможения. Так, чтобы в нем не осталось ни капли желания.

Потом, ослепленные и оглушенные, они долго лежали на смятых простынях, прижимаясь друг к другу. Голова Снежинки покоилась на плече Сергея.

Снежанна молчала так долго, что Сергей не выдержал.

– Как ты? Лежишь, ничего не говоришь… Как ты, Снежинка моя?

Она приподняла голову, тихонько поцеловала его в губы – теперь не страстно, нежно-нежно. Снова улеглась на плечо.

– Хочу остановить эту ночь… – призналась девушка. – Разумом понимаю, что это невозможно, а сердце просит. Удержать… Со мной так никогда не было…

– И со мной тоже, Снежанна, – в этот раз он был абсолютно серьезен, а потому не назвал ее Снежинкой, назвал по имени.

Она вновь обвила его шею руками, поцеловала в губы, прижалась к щеке носом.

…Снежанна так и уснула на его плече, а Сергей долго лежал, глядя в потолок, слушая ее дыхание. Не выл ветер. Не летели колючие снежинки или сухие песчинки. Не нападали дикие звери. Не орали беглые зэки.

"…Когда он проснулся утром, Снежинки рядом не оказалось. Удивиться этому успел, но отгадать, куда исчезла, – нет. Просто девушка появилась на пороге, в коротком халатике, с недосушенными волосами, поднятыми над головой в высокую прическу. Снежанна вкатила в комнату десертный столик на колесиках.

– Ты по утрам пьешь кофе? – с улыбкой спросила девушка.

– С тобой по утрам я готов пить все, что нальешь! – ответил он, обратив внимание на то, что Снежанна сменила наряд, но туфельки на высоких каблуках оставила.

Видимо, запомнила, что это его заводит, и решила – пусть будет. Также она успела немного поколдовать над лицом: припудрила кожу, подвела глаза и губы.