Личный целитель Его Светлости

Так вот трюк окмалиона выглядел намного эффектнее.

Алекс уселся прямо на пол, скрестив ноги. В этой позе не было абсолютно ничего аристократичного, просто Навилас сейчас казался таким милым, домашним, даже беззащитным. И, несмотря на то, что я нашла старшего брата, почему-то ощущала себя опытнее, мудрее, выносливее, как полевой цветок, рядом с которым посадили трепетную розу из дворцовой оранжереи. Конечно, цветок прекрасный и с виду сильный, но, чтобы выжить, ему требуется помощь, поддержка и тепло.

Навилас держал в руках аквариум с Гатто, всматривался в глаза рыба и, кажется, копировал его, потому что смешно раздувал щеки и очень похоже пучил глаза.

Я же вновь проверила герцога, поскольку передача знаний – дело небыстрое. Прошло несколько часов, которые мы с окмалионом провели в этой палате. Проклятья развиваются быстро. Очень быстро! Даже самые слабые. Однако, я прекрасно запомнила и пересчитала все ветви побега темной магии. Новых за это время не появилось.

Вот что не давало мне покоя даже пару часов назад, когда я проверяла состояние Ирса в очередной раз – в состоянии стазиса «кокон смерти» не рос, он словно засыпал вместе с человеком. Удивительно, действия других видов проклятий замедлялось, но кокон… кокон просто прекращал свой рост!

А это было уже кое-что!

«Если понадобится, Твоя Светлость, я стану держать тебя в стазисе вечно, приводя в сознание лишь на короткое время. К прискорбию, без еды и воды не научился жить пока ни один человек» - пообещала я, рассматривая лицо герцога.

Удивительно, но с каждым взглядом он становился все ближе, на миг захотелось, чтобы время остановилось, потому что лишь в таком состоянии он был моим. Но миг прошел, Вершитель помог справиться с грешными мыслями. Такие, как лорд Войтер, нужны всем, и присвоить его не выйдет ни у одной женщины. Вернее… В его сердце лишь одна женщина – Родина, а уж из кого она будет состоять – вторично. В любом случае, даже если Ирс проявит ко мне интерес, придется его делить со всем миром, с войной, с долгом, честью…

- Все равно, не дам тебе умереть! – упрямо повторила я.

- Что ты сказала? – Алекс выглядел растерянным, всклокоченным и утомленным.

- Ничего, - пожала плечами я. – А как дела у тебя?

- Как? – оживился он.