Личный аптекарь императора. Том 2

Были также и те, что очень быстро распространялись, завоёвывая территорию и угнетая другие растения, поэтому их приходилось сажать в железные ящики с землёй и закрывать магическим заслоном. Зато большинство ингредиентов всегда росли под рукой. Эх, славные были деньки…

Я поднёс к глазам колбу с искрящейся жидкостью, наблюдая за десятком крошечных водоворотов. Затем закрыл глаза и втянул носом. Идеально.

Кислота раствори этот чёртов запрет на манаросы! Я бы мог наладить выпуск различных удобрений, стимуляторов роста, средств от плесени и паразитов и зарабатывать на этом большие деньги.

Следующие три часа я занимался заказом Когана и, когда устало опустился на матрас, с удивлением обнаружил, что не израсходовал весь запас маны. Это хорошо. Очень хорошо! Нужно ещё раз увеличить источник, и тогда можно поступать в академию.

Спрятав коробку с заказанными средствами в подвале барака, я позвонил Когану и велел забирать.

Когда зашёл домой, увидел, что семья в сборе. Настя тут же забрала с моего плеча Шустрика и принялась с ним сюсюкаться, щекоча мягкий живот. Лида накрывала на стол, а дед читал газету и еле слышно ругался на каких-то «мошенников и тунеядцев».

— Хочу учиться в академии.

Настя хмыкнула, а дед с Лидой настороженно переглянулись. Ага, не верят, что у меня получится. Ну ничего, скоро поменяют своё мнение.

— Сынок, у тебя в прошлый раз маны не хватило на создание слабенького заклинания. Почему ты думаешь, что в этот раз всё получится? — осторожно спросил Лида.

— С помощью своего зелья я увеличил источник. Если понадобится, сделаю так ещё раз, — пожал я плечами.

— Разве это возможно? — всплеснула она руками.

— Ничего я не напридумывал, поверь мне, — я постарался вложить в свой голос максимальную уверенность.

— Тогда можно попробовать, — неуверенно кивнула мать и слабо улыбнулась. — А вдруг и впрямь получится поступить.

Дед сложил газету, снял очки и указал мне на толстый телефонный справочник, лежащий на комоде.

— Подай сюда. Думается мне, не всё так просто.

— Не понял, — нахмурился я.