Лекарство от предательства

Но из больницы я сбежал совсем по другой причине, изначально покидать стационар не планировал. Просто обстоятельства сложились таким образом, что у меня не было другого выхода.

Сегодня с самого утра мне позвонил Димон и сказал, что на работе большие неприятности. Вот и пришлось мне экстренно выписываться, забив на здоровье и тошнотворное состояние."

"– Тебе реально швы на морду наложили? – тянет лапы к повязке на моей башке.

– Давай к делу, – хлопаю по загребущим рукам.

– Ага. Ты прикинь, эта бестолочь с утра заявление написала и свалила в закат, – возмущается, попутно продолжая разглядывать моё лицо и повязку на голове.

Димка – мой двоюродный брат и компаньон в одном лице, и он, кстати, тоже Баринов. Мы с ним вместе через многое прошли, поэтому я ему доверяю почти, как себе. Почти – потому что я с некоторых пор вообще никому не доверяю. Не смотря на то, что Димону всего двадцать шесть, и он младше меня на четыре года, брат вполне серьёзный и ответственный компаньон.

– Уже есть несколько кандидатов, один сам в наш ресторан приедет, а вот второй готов встретиться только на своей территории, – рассказывает по пути в мой персональный кабинет.

– Ишь ты, цаца какая, ну и на кой он нам сдался? – выплёвываю гневно. Необходимость с утра пораньше искать нового шеф-повара неимоверно раздражает.

– Не скажи, там профи высшего класса, заполучить такой экземпляр было бы большой удачей, – брат покачивает кудрявой шевелюрой. – Но сперва всё-таки придётся проверить первую кандидатуру.

Никогда не занимался подбором персонала, раньше этот вопрос решал Эдик, мой бывший одноклассник и друг.

– Значит так, кофе мне в зал, буду ждать эту твою кандидатуру, – бросаю Димке.

– Э, ты меня ни с кем не перепутал? Я тебе девочка на побегушках? – ощетинивается братец.

Устало потираю переносицу, м-да малость перегнул палку.

– Тем более, я тебя ещё не простил за то, что ты про аварию не гу-гу! А я ведь звонил вчера, ты помнишь?

– Смутно, я вообще вчерашний день не помню, но тебе, кажется, сообщение отправлял, нет? – пытаюсь напрячь извилины и вспомнить хоть что-то, но ничего, кроме головной боли, это не даёт.

– Ага, в котором написал, что всё зе-бест, а если бы бабуля узнала от кого-нибудь? – продолжает кидаться в меня обвинениями.

– Ой, всё! – отмахиваюсь от Димки и иду в зал. Выбираю столик.