Летучий корабль

— Я же… предупредить хотела, у нас тут…

— Что вы, не стоит! Извиняться должен я, обычно мы предупреждаем граждан о визите участкового заблаговременно или вызываем к нам в отделение. Да вы присядьте, Олёна…

— Я постою. Что ж за дело у вас ко мне, Никита Иванович? — Девушка прижимала спиной дверь, и в черных, бархатных глазах уже не было теплоты. Видимо, Яга права, артист из меня никудышный…

— Олёна, я хочу услышать правду.

— Какую правду? Про… Настьку мельникову?

— И про нее тоже, — решился я, отступать было некуда, она знала, зачем я пришел.

Но, боже мой, как же мне хотелось, чтобы все это оказалось неправдой… — Следствие располагает неопровержимыми уликами вашего участия в целом ряде преступлений, совершенных на территории города Лукошкино.

— Продолжайте, продолжайте, мне интересно…

— Мы знаем, что вы украли царские чертежи с планами строительства летучего корабля. Знаем, кто заказал это преступление, и знаем, как были ликвидированы все свидетели, видевшие вас в лицо.

По счастливому стечению обстоятельств уцелел только дьяк Филимон Груздев. Убрать его вовремя вы не успели и были вынуждены инсценировать нам «драку» с разбойницей Настасьей. На деле она просто открыла вам калитку на условный стук и пыталась помочь скрыться. За это вы хладнокровно закололи ее и вместе упали в чан для замачивания кож. Предыдущие смерти проводились с применением цианистого калия. Скажите, вам что, так нравится убивать?

— Убивать — сладко… — тихо ответила Олёна, и от этого ласкового голоса меня невольно бросило в дрожь.

 — Настырный ты человек, сыскной воевода, коли след берешь — так не теряешь. Сам таким уродился или служба заставила?

— Давайте отложим вопросы, не имеющие отношения к делу, — вежливо попросил я. — Вам придется пройти со мной в отделение, вот ордер на обыск и арест. В доме останется Еремеев, а поисками вашего нанимателя мы займемся завтра.

— Ох ты, страсти какие… И не стыдно будет вам, здоровым мужикам, девицу беззащитную через весь город волочь?

— Собирайтесь.

Я сознательно не назвал имени Кощея Бессмертного, соврав, что «искать его будем завтра»… Мне было нужно тихо, без криков и истерик, убраться со двора. Надеюсь, Фома нашел возможное убежище Кощея, потому что после нашего появления на улице во двор бросятся бабы и стрельцы с ведрами в обеих руках.