Легкие шаги безумия

Мы не договорили. К ней пришла какая-то женщина, Но Катя успела рассказать мне много интересного. Например, о некой докторше, которая лечит ее, гениальной врачихе, такой известной и популярной, что даже имени нельзя называть – как только люди слышат ее имя, сразу просят телефон, рвутся на прием. Не исключено, Мишаня, что именно докторша и навещала Катю той ночью. Трубка лежала рядом с аппаратом, когда она пошла открывать дверь. Я издалека услышала, как Катя назвала женское имя. То ли Инна, то ли Галина.

– Регина… – неожиданно для себя произнес Сичкин.

– Возможно, Регина, – согласилась Лена, – было плохо слышно. А что, тебе просто так пришло в голову это имя? Или есть кто-то конкретный на примете?

– Не знаю… Пока не знаю. Надо скорее выздоравливать и выходить на работу.

– Неужели тебе стало интересно? Мишаня, что с тобой? Скажи мне, что я фантазирую, что Катя – наркоманка и ничего удивительного в ее случайной смерти нет. Никакого криминала не просматривается. Еще скажи мне, что взрывчатку в коляску подложили мальчишки-хулиганы – для смеха.

– Лен, прекрати издеваться. Когда ты летишь в Сибирь?

– Послезавтра.

– Хорошо, что вас с Лизой какое-то время не будет в Москве.

– Да, майор Ивлев из ФСБ тоже так считает.

Охранник едва узнал в задрипанной полунищей тетке Регину Валентиновну. – Гена, – сказала она, вылезая из салатового «Опеля», – заплати вот этому полтинник.

– «Зелеными»? – спросил Гена шепотом.

– Какие у тебя есть, такими и заплати. – Она быстро прошмыгнула в ворота офиса.

"– Эй! А деньги? – закричал ей вслед водитель. – Не ори, – успокоил его охранник и вытащил из кармана пятнистых штанов три скомканные десятитысячные купюры, – хватит с тебя и тридцатки. Уматывай отсюда, мужик, по-хорошему.

Водитель открыл было рот, чтобы поспорить, но, вглядевшись в свирепую низколобую физиономию вооруженного охранника, раздумал, выхватил деньги и быстренько укатил от глухих железных ворот.

В вестибюле Регина налетела на горничную.

– Женщина! Вы куда? Вы как сюда попали? – Горничная преградила ей путь.

– Молодец, Галочка, – потрепала ее по щеке Регина, – проявляй бдительность и впредь. Только, пожалуйста, никогда ни к кому не обращайся «женщина». Это невежливо.

Сорвав с головы черную вязаную шапочку, Регина тряхнула своими холеными волосами цвета спелой пшеницы и спокойным шагом проследовала к себе в кабинет.

– Регина Валентиновна, простите, я вас не узнала, – испуганно шелестела губами горничная ей вслед.