Леди-мафия

Какая-то благотворительная организация из Америки должна была прислать в госпиталь партию отличных протезов. Один из них, возможно, достанется ему. Немного тренировки, и он бросит костыли, будет держаться на своих двоих. А постепенно и хромота при ходьбе исчезнет. Ведь не до основания же ему ногу отняли, даже не до колена... Вот тогда он и вернется в Краснинск. Никто и знать не будет, что он безногий, только мать. И Ирихе ничего не скажет...

– Вадим, к тебе гости, – въезжая в палату в инвалидной коляске, весело сообщил ему Игнат Сомов.

Вот уж кому не повезло. Осколок угодил в позвоночник. Никогда ему не подняться со своего кресла на колесах. Но этот не боится жалости к себе... Вадим ему даже завидовал.

– Кто? – приподнимаясь на койке, спросил он.

– А сейчас увидишь...

И он увидел, как в белом халате, накинутом на плечи, в палату входит Ириха. Радостная улыбка на лице, в глазах резвятся веселые бесенята.

– Ириха... – пошевелил губами Вадим.

Он попробовал улыбнуться, но ничего из этого не вышло.

– Эй, пацан, хорош киснуть, – приободрила она его, останавливаясь возле кровати.

Ни «здравствуй», ни «привет»... Сейчас он снова видел в ней давнюю отвязную пацанку.

Ну, ну, веселись, веселись. Посмотрим, как запоешь, когда узнаешь, что я инвалид...

Вадим приготовился к самому худшему.

– Как ты узнала, что я здесь? – спросил он, пряча от нее глаза.

– А это не твое дело... Ты, я смотрю, совсем припух. Ни слуху ни духу...

– Мне было плохо...

– Эй, эй, ты мне туфту не гони... Плохо ему было.

– Ириха, ты не знаешь...

– Я все знаю, – резко отсекла она. – Ступню ты свою душманам оставил. Подумаешь, керня какая... Вставай, домой пора...

О самом больном она сказала так, будто это и на самом деле пустяк. Ни капли жалости в ее взгляде, ни малейшей пощады. И никаких скидок на его болезнь. Мол, бери шинель и шагай домой...

– Но я не могу...

– Чего? – нахмурила она брови. – Я тебе дам не могу... Эй, Гирла, Вован!

В палате нарисовались две ухмыляющиеся физиономии его давних корешей.

– Ты, в натуре, Ящер, закис тут, – прогромыхал Гирла, останавливаясь возле его кровати. – Хорош в больничке валяться, а то шифер совсем набок съедет...

– Э-э, – вяло запротестовал Вадим, когда Гирла и Вован стянули с него одеяло, подхватили на руки и потащили к выходу.

У входа в палату стояли три незнакомых пацана в белых халатах поверх кожаных курток. Двое из них держали носилки, на которые его и положили.