Куколка в подарок

– Хочу тебя, куколка, - подтверждает мои страхи, касается контура губ. – Честно признайся и больно не будет.

– В чём?

– Заплатил кто-то? Подослал?

– Нет! – в отчаянии трясу головой. Не хватало, чтобы меня ещё за шпионку приняли. И пытать начали… Да хоть какими способами! – Мой… Мой парень предложил конкурс, ничего больше.

– Идеально, блядь, совпадение? Так привлекла внимание, что встает по стойке смирно. И что с этим будем делать, куколка?

Жмурюсь от его пошлых слов, которые проникают в самую душу. Так просто говорит, будто о погоде.

Подозревает меня в чем-то, выносит вердикт. И дёргает на себя, чтобы оказаться между моих ног.

Бёдра и живот словно кипятком ошпарило. Чувствую, что мужчина не лжет. Его «встает» сейчас упирается между моих ног. Давит, рождает самые неприличные мысли внутри.

– Ничего? Я не…

Не успеваю договорить. Давид словно рычит, тихо, вжимая меня в себя. Его ладонь сжимает волосы на затылке, а губы впечатываются в мои. Никакого промедления, полное нападение.

Мужчина не ждёт ответа, реакции.

Он толкается языком в мой рот, ведёт по небу, слизывает мой вкус. И делится своим жаром, опаляет. Не даёт дышать, сопротивляться, думать.

Никто меня так не целовал, чтобы взрывы внутри. Болезненные вспышки, всё зашкаливает. И мозги отключает, когда по телу прокатывается волна дрожи. Меня трясёт, задыхаюсь.

Мне казалось, что так только муж целовать может. Настойчиво и жадно, выворачивая душу наизнанку. Разве можно так кому-то позволять подобное? Чтобы тело к телу, один жар на двоих…

А Давид словно радиоактивный, заражает меня, подчиняет.

Как болезнь, от которой не скрыться. Лихорадит, сердцебиение зашкаливает. И я в бреду, потому что сама толкаюсь языком навстречу его, они соприкасаются, а меня бьёт разрядами тока.

Прямо между ног.

– Отзывчивая, - тянет довольно, отрываясь на секунду. У меня губы пульсируют и болят от его укусов. – Хорошенькая.

– Я не…

– Отсосёшь мне, дальше посмотрим.

Я не понимаю, что делаю. Рука сама по себе взлетает, бьёт наотмашь по щеке мужчины.

Кажется, что переломала все кости, а Давиду ничего. Не лицо, а камень какой-то!

Он даже не дёргается, не реагирует почти. Касается поврежденной кожи, где остается царапина от моих ногтей. Растирает подушечками пальцев кровь, и улыбается так же.

Кровожадно.

Довольно.

И взгляд Давида не обещает ничего хорошего.

– А это ты зря, куколка. За такое придётся заплатить.

Глава 8. Давид

Она меня ударила.

Кровь пачкает пальцы, а я усмехаюсь.