Куколка в подарок

Тина ведь сказала, что можно к Давиду обратиться, да? Если Алану ударит что-то в голову и захочет большего. Но насколько безопасно просить одного о защите?

Мне они двое кажутся опасными. И если Алан раньше казался безопасным, то эта встреча многое меняет. Кажется, что я никому не могу доверять…

– Что происходит? – едва вскрикиваю, когда в зале вдруг гаснет свет. Не насовсем но, возможно рассмотреть только сцену. – Алан…

– Шоу, от одной из конкурсанток. Надеюсь, ты такое же устроишь.

– Что вы такое говорите? Я не…

Сглатываю, когда замечаю шест в центре сцены.

Отворачиваюсь, потому что это совсем уже не весело. Танцует она, а стыдно мне. Как так можно? Полностью обнажиться перед незнакомыми людьми, крутиться.

– Смущаешься? – хриплый голос Алана делает только хуже. – Так же будешь радовать?

– Нет, я не…

– Давай, Анна, поделись со мной – каким талантом хотела удивить. Обещаю, рассказывать никому не буду.

– Я… Я просто петь собиралась. Я не буду танцевать так! Это же пошло.

– Пошло? Почему?

Пальцы мужчины твердо сжимают моё лицо, поворачивая обратно к сцене. Где девушка уже обхватила руками метал, кружа вокруг. Медленно опустилась вниз, а после поднялась, выпячивая свои ягодицы.

– Это танец, Анют, мелодия души. Смотри как она двигается, как на неё смотрят… Каждый удивляет тем, чем может.

– Но она же… Она раздетая, перед всеми… И…

– Скромная? Это хорошо.

Алан наклоняется ниже, его дыхание щекочет кожу.

В полутьме, под медленный так музыки все кажется острее, чувствительное. То, как Алан ведёт вдоль ключицы словно убивает. Тело реагирует дрожью, мне хочется прикрыть глаза и забыть обо всём.

– Но ты станцуешь мне, Анна. Когда моя ставка выиграет – станцуешь только для меня. Абсолютно голая.

Глава 5. Алан

Девчонке хватает совести покраснеть. Практически чувствую, как пылает краской её лицо в темноте.

Вот сейчас напоминает ту Анну, которую я знал. Скромную, правильную. А не проститутку, которая трясёт задницей на сцене. В первую секунду я не поверил даже.

Так меня отшивала в офисе, так строила оскорбленную невинность, а теперь тут. Решила так себя продать, да подороже. Захотелось схватить её за шкирку и выволочь прочь.

Но я ей не отец и не опекун, никто.