Кукла для (дочери) дракона

Едва переступая, подошел к моей дикарке, которая вымученно улыбалась, прижимая к груди нашего малыша. Я был счастлив! Безмерно счастлив! Для полного счастья не хватало только…

— Ура-а-а! У меня брат! — заголосила Лиса. Собственно, именно ее для полного счастья и не хватало.

Катарина поманила к себе Алисию, и дочь тут же рванула к ней, осторожно опускаясь на кровать и дотрагиваясь рукой до маленьких пальчиков.

— Я вас так люблю! — прошептала Рина. — Безумно!

Не смог сказать ничего в ответ, на глазах выступили слезы, а к горлу подступил ком.

Прижав к себе своих любимых, вознес хвалу богам. Мои мечты сбылись. И я безмерно благодарен тому старику, который подсунул мне неправильный артефакт для призыва куклы.

БОНУС

Ариман

БОНУС"

"— Как же я устал в этом человеческом обличье немощного старика! — бурчал себе под нос продавец редких артефактов, направляясь к башне умершего верховного мага правителя черных драконов. — Это тело вообще непригодно для жизни! Трясущиеся руки и ноги! Постоянно выпадающая челюсть… Ладно, — печально вздохнул он, — вот сейчас заберу куклу и перемещусь в другой мир.

Очень надеюсь, что в другом мире тело для работы выдадут получше.

Старик доковылял до высокой каменной башни, где чуть больше девяти месяцев назад состоялся призыв куклы для дочери дракона и, обернувшись на громкое ликование толпы, которая собралась под стенами замка, довольно улыбнулся.

— То-то же! — хмыкнул он, прекрасно понимая, почему толпа выкрикивает поздравления.

— У правителя родился сын! И чья это заслуга? Верно, моя! У меня еще ни разу осечек не было! Раз отец на небесах решил, что правителю черных драконов нужна достойная пара, то значит, так тому и быть. А хочет он этого или нет, меня мало интересует!

Взбираясь вверх по скрипучей лестнице, старик недовольно цыкнул:

— Нет, ну что за народ такой, магические существа? Им буквально под нос суешь счастье, а они еще и расправой угрожают! Хорошо, что я поставил на призванную защиту, а то взял бы правитель ее силой и потом винил себя всю оставшуюся жизнь! Да и не вышло бы у них никакой семьи после этого.

Как сердцем чувствовал, что Катюшу нужно обезопасить от домогательств. Эх, Катя, Катя! — печально вздохнул он, выходя в самой верхней комнате башни и поднимая с пола тряпичную куклу, которая так и осталась лежать здесь после призыва души. — Впервые я так переживал за свою подопечную.