Крымский излом: Крымский излом. Прорыв на Донбасс. Ветер с востока

Вслед за ним, сначала пригибаясь, а потом так же в полный рост двинулась вся бригада. Все те, кто прошел горнило жесточайших боев и выжил, те, кто научился побеждать врага, несмотря на его техническое и численное превосходство. Уцелей у немцев хотя бы один пулемет с пулеметчиком, тогда бригада недосчиталась бы многих и многих. Но уцелевших не было – винтокрылые штурмовики сделали свое дело на совесть.

Шаг за шагом советские моряки пересекали некогда смертельно опасную нейтралку. Повсюду лежали не похороненные тела товарищей, убитых во время атак первого и второго января, когда бригада не могла продвинуться ни на шаг.

И вот бойцы дошли до того рубежа, дальше которого еще не был никто из них, ни живой, ни мертвый – метров пятьдесят до немецких окопов. Но самих окопов на месте не было, был только какой-то лунный пейзаж.

Блиндажи, превращенные в огромные воронки, толстенные бревна, разбросанные и поломанные, как спички.

Полковник задумался. Формально приказ он выполнил, занял немецкую позицию и убедился – она уничтожена на всю глубину. В немецком фронте осады образовалась дыра. А если учесть, что все свои резервы немцы угробили вчера под Саками, то заткнуть эту дыру им будет затруднительно. После недолгих раздумий полковник направил один батальон вперед – захватить и удержать старые, еще октябрьские позиции на горе Азиз-Оба. А остальными силами он начал давить на открытые фланги противника, расширяя прорыв.

Это было верное решение. Немцы и румыны оказались полностью деморализованы событиями последних суток. Ведь у них, несмотря на все усилия фельджандармерии, не хуже нашего работал «солдатский телеграф». Они не выдержали давления и начали отступать. Маленькая дырочка превращалась в зияющую брешь, тем более что немецкая артиллерия, с рассветом открывшая огонь по наступающим морякам, довольно быстро замолкла и больше не стреляла.