Крымский излом: Крымский излом. Прорыв на Донбасс. Ветер с востока

Еще немного, и вместо погрузки на корабли на берегу мог вспыхнуть стихийный митинг, как в 1918 году. И тут в бурлящей толпе появляется разъяренный Лаврентий Палыч с его знаменитым пенсне.

Еще через десять минут туда же влетел на полуторке капитан Осадчий и опергруппа Севастопольского УНКВД. А им все равно, какие там флаги – с синим косым Андреевским крестом или с черепом и костями. Есть приказ наркома – обеспечить погрузку, они ее обеспечат.

Кстати, оказывается, не только мне контр-адмирал Ларионов вручил компактную рацию.

Пока Лаврентий Павлович геройствовал на берегу, я сел в уголке, открыл ту папку, которую мне передал товарищ Ларионов, и начал думать. Мне не давала покоя мысль, пришедшая во время рассказа товарищу Ерошенко о БПК «Североморск». Есть время подумать о дне завтрашнем.

Там, в приполярных водах СССР, ведет бой с противником очень тяжелый и ответственный фронт. Там отчаянно нужна помощь. Я отложил в сторону несколько листков и закрыл папку. У меня получилась группа надводных кораблей из БПК «Североморск», СКР «Ярослав Мудрый», СКР «Сметливый», танкера «Дубна». Я закрыл глаза, задумавшись. «Алросе» и «Северодвинску» тоже в Черном море делать нечего. Их путь будет лежать туда же – на север. И если «Северодвинск», пройдя Проливы, становится свободен, как птица, то «Алроса» должна будет идти вместе с группой надводных кораблей.

Или, может быть, лучше выйти в Средиземное море заранее, например, под прикрытием группы наших торговых кораблей, направляющихся на Дальний Восток. И уже в Атлантике встретиться с основной группировкой для дозаправки.

Эту идею еще надо будет пробивать у товарища Сталина, а потом и через турецкое правительство. Но совершенно очевидно – то, что в прошлом наших потомков происходило с Арктическими конвоями, не должно повториться в нашей истории.

Но этот вопрос мы решим чуть позже. Ведь, по словам товарищей потомков, положение там осложнится только ближе к лету.

8 января 1942 года, 08:25.

На траверзе Ялты.