Крылья бабочки

И снова: три дня прошло, а она так и не извинилась, не попыталась поговорить. Брендон прошел в кухню, не озвучивая ни одну из своих мыслей.

– Ты говорила, что тебе нужна консультация юриста. Выкладывай, – бросил он, доставая из морозилки ледяную бутылку бурбона.

– Нужна, – кивнула Наташа, подходя ближе. – Вот что мне нужно. – Она прильнула к нему и потянулась к губам.

– Эй, ты чего? – изумился Брендон, убирая ее руки с шеи.

– Я столько ждала тебя, – прошептала она. – Ждала, пока ты нагуляешься. Терпела возле тебя других женщин, стольких женщин, но сейчас все изменилось.

Ты изменился… – Наташа снова обняла его, вдыхая сладкий аромат ягодного мыла, которым пахла его кожа, и прижимаясь губами к мерно бившейся на шее жилке.

Брендон замер, молча принимая ласки и слушая признания.

– Я люблю тебя. – Она сказала, наконец-то смогла открыться перед ним. Набралась смелости, надеясь на взаимность. Он не ответил, но и не оттолкнул, и Наташа осмелела: провела языком вверх, касаясь уха, прикусывая мочку, одновременно расстегивая ремень джинсов.

Брендон был напряжен: вены на руках проступили резче, ладони сжаты, мышцы живота казались стальными. Сейчас он больше походил на каменное изваяние, чем на живого человека.

Наташа несмело, словно боясь, что ее прогонят, запустила руку в джинсы и через белье сжала начавший твердеть член. Она опустилась перед Брендоном на колени, и он позволил ей это. Позволил тонким губам обхватить головку и скользнуть вниз по всей длине, разгоняя застывшую кровь, оживляя тело.

Но ни ее признания, ни жаркие движения не затронули ни единой струны в его душе. Брендон не любил ее. Любил ли он вообще когда-нибудь по-настоящему? Он не знал. Но Наташе ничего не мог предложить. Ничего, кроме этой ночи.

–//-

– Я дала ему время остыть, и он остыл. Ко мне, – вслух прошептала Трейси, глядя на мелькавшие за окном яркие витрины.

– Что, мэм? – переспросил таксист, оторвав глаза от дороги и ища лицо пассажира в узком зеркале.

Трейси махнула рукой, призывая не обращать на нее внимания, снова погружаясь в тяжелые мысли.

Брендон говорил, что с Наташей у него никогда ничего не было, но сегодня ей так не показалось. Неужели он так обижен, что принял утешение подруги детства? Неужели так быстро увлекся другой женщиной? Трейси наивно полагала, что изучила его. Специально не надоедала звонками и просьбами выслушать ее. Он ведь любил свободу и терпеть не мог, когда на него давят и навязываются. Она хотела сделать как лучше, а вышло, что вышло.