Крылья бабочки

 – Может, нам пока лучше не встреч… – Она не договорила, потому что говорить было некому: Марко был уже не с ней – его взгляд стал пустым и холодным. Пугающим до боли в сердце. Трейси знала, что он убивал людей: из-за денег, власти, мести. Из-за нее. Он убивал за нее, и сейчас четко осознала, что готов убить за нее снова.

Его взгляд прояснился, и Марко взглянул на заплаканную, дрожащую женщину. Его женщину. Его Трейси.

– Я люблю тебя, – он ласково обхватил ее лицо ладонями и нежно поцеловал, – ничего не бойся.

Еще несколько дней назад это признание осчастливило бы Трейси, а сейчас ей стало страшно.

–//-

В старом заброшенном ангаре, который когда-то был частью промышленного склада и который после банкротства завода выкупила частная компания, были слышны задушенные, приглушенные крики. Проезжая мимо по шоссе, кроме железной сетки забора, натянутого по всему периметру, побуревшей на ярком солнце высокой травы и хаотично разбросанных блоков ветхих зданий большего увидеть было нельзя.

Только те, кто находились уже не первый час внутри, видели ужасную картину и слышали тихие стоны, пришедшие на смену истошным крикам боли. Но единственное, что чувствовали при этом – полное безразличие.

Марко молча наблюдал как андербосс, правая рука Луки Гамбино – самого влиятельного мафиози и его тестя – из человека методично и неспешно превращается в кусок мяса. Ни один мускул на его лице не дрогнул, никакие чувства не могли пробудить в нем человека и всколыхнуть застывшего пустого взгляда, который он не отвел, когда Эдди со знанием дела начал снимать кожу сначала с рук, теперь с ног.

Его не пугали угрозы, не разжалобили мольбы, который последовали за вспышками нестерпимой боли, Марко помнил только заплаканное, испуганное лицо Трейси. И каждый раз, когда он думал о том, что ей пришлось пережить, им овладевала не знающая пощады звериная ярость.

Он сидел на низкой деревянной бочке, оставшейся здесь еще со времен полноценной работы завода и всё еще хранившей аромат вяленого мяса, который постепенно смешивался с тяжелыми запахами: их обязательно приносит с собой смерть, какой бы она ни была.

Марко спокойно наблюдал как Эдди, прервавшись, похлопал по щекам потерявшего сознание Пола Тэсту, затем вколол ему адреналин, возвращая сознание. Марко хотел, чтобы Тэста всё видел и чувствовал, чтобы навсегда запомнил последние никчёмные мгновения своей лихой жизни.

Это было просто.