Круто закручено

Он сидел за столом и без всякого вдохновения что-то писал. Увидев меня, с удовольствием оттолкнул от себя писанину. Не любит Мельников писать, ох и не любит. И правильно: ему, такому большому и сильному, надо за преступниками бегать, а не бумагу изводить. Меньше приходилось бы ему писать, больше толка было бы.

– Ну, где твой очень ответственный человек? Давай его, Танька, сюда!

– Здороваться надо, Мельников, когда к тебе приходят, – напомнила я.

– А мы уже сегодня виделись.

– Это когда же?

– По телефону. Ты что, уже забыла, что звонила мне? Я тебя весь день ищу – должен тебя как свидетеля допросить по вчерашнему трупу.

– Делом я занималась, Мельников. И кое-чего для тебя нашла. А ты вместо того, чтобы спасибо сказать, рычишь на меня. Будешь рычать, я тебе ничего не скажу.

– Я тебе устрою допрос с пристрастием. Все выложишь как миленькая.

– С пристрастием теперь запрещено. Не то время сейчас, чтобы с пристрастием. Сейчас везде, куда ни зайдешь, права человека защищают.

– А я тайно…

Так мы обменялись с ним любезностями, и я перешла к делу.

– Есть предположение, – сказала я, – что наш неизвестный покойник – это некий Евгений Константинович Чернов, технический директор фирмы «Химсинтез». У тебя в предбаннике ожидает его друг, соратник и председатель совета директоров этой фирмы Геннадий Валентинович Вересов.

– Дельно, – согласился Мельников. – Чего тянуть кота за хвост. Если опознаем труп, то и работать дальше можно будет. А то висит у нас этот покойничек, как… – он замолчал, подумал и не стал говорить, как висит у них этот покойничек.

Мы вышли, я представила мужчин друг другу, и втроем мы отправились на машине Мельникова в морг.

На этот раз Вересова отпаивать не пришлось. Держался он крепко.

– Да, – подтвердил он. – Это Евгений Константинович Чернов, технический директор нашей фирмы. Надеюсь, мне расскажут, как это произошло?

– Расскажем, – пообещал Мельников. – Непременно расскажем. Тайны здесь никакой нет. А сейчас надо оформить протокол опознания. Это позволит нам работать далее.

Мы вернулись в кабинет Мельникова, где к этому времени уже обосновался Витя Самойлов.