Кровник

Жилые пещеры со скудной утварью, складские помещения, ряд хозяйственных построек (опять же в пещерах) – вот, собственно, и все. Смотреть тут было не на что.

Особое внимание командир заострил на имеющемся в отряде складе с боеприпасами и системе самоликвидации. Это меня сильно заинтересовало, и, пользуясь случаем, я под руководством Абдуллы тщательно исследовал в визуальном порядке и первое и второе, делая вид, что это интерес чисто описательского свойства.

– Я здесь могу воевать сколько угодно, – похвастался Бекаев.

Система самоликвидации представляла собой установленные в разных точках лагеря мощные фугасы, объединенные общей электросетью.

– Иранские специалисты делали, – небрежно этак бросил Абдулла. – Нам представители всех народов помогают…

Осмотрев фугасы, мы с Тэдом проследовали в покои командира, где Бекаев показал устройство дистанционного управления, которое приводило в действие систему самоликвидации.

– Я эту штуковину постоянно ношу с собой, – Абдулла любовно погладил пульт и спрятал его в нагрудный карман. – Если что, набрал код, на табло высветились нули, выставил время и нажал на красную кнопку. Когда время выйдет, база взлетит на воздух! – Бекаев вздел руки к пещерному своду и, надув щеки, сделал вот так:

– Пхххх!!! И все… Можно время не выставлять, сразу нажать красную кнопку – тогда база взлетит на воздух мгновенно.

– Вместе с тобой? – игриво поинтересовался я.

– В моей пещере нет фугасов, – мудро улыбнулся Абдулла. – Если база взорвется, дверь в галерею засыпет камнями. Пока враги будут ее расчищать, я спокойно удалюсь на безопасное расстояние. Пошли, покажу. – Абдулла провел нас по коридору к железной двери, утопленной в скальном монолите, и, набирая код на механическом замке, пояснил:

– Здесь мы иногда выходим на операции, когда нужно работать по ту сторону скал.

Освещая себе путь фонариком, Бекаев прошел в дверной проем и начал спускаться.