Красное на красном

Возвращение в цепях через всю страну, рожа Дорака, хурии, трибунал, который не судит, а осуждает, четыре проклятые недели в ожидании казни, плаха и палач… Дед умрет своей смертью, и больше Иноходцев в Золотых Землях не будет.

– Я слишком поздно узнал, – Адгемар горестно покачал серебряной головой, – кто был виновником нападений на Варасту. Объявленный братом моим Фердинандом вне закона Робер Эпинэ, маркиз Эр-При, вступил в сговор с безбожными гоганскими ростовщиками и тайно прибыл в Кагету. Этот человек, воспользовавшись нашим гостеприимством и наивностью, с помощью золота и лжи склонил на свою сторону нескольких бирисских вождей.

Воин в багровом что-то поднял. Робер не сразу понял, что это голова. Длинные седые волосы – «барс»! Казар кивнул, телохранитель шагнул вперед и бросил страшный предмет к ногам Рокэ, но неудачно. Ворон стоял на возвышении, голова покатилась назад и замерла возле самых ног Робера.

Мильжа! И если бы только он… Казар называл имя за именем! Все, кто вырвался из дарамской западни и пережил сель.

Теперь Робер не знал, кого он сильней ненавидит, победителей или Адгемара, хотя что с того возьмешь? Казар спасает свой трон, и, если для этого нужно отрубить голову отцу, жене, дочери, он их отрубит. Лис говорил и говорил, а чуть поодаль стояли мулы, нагруженные золотом, может, гоганским, а может, вытащенным из личных тайников Адгемара.

– Я надеюсь, мои объяснения брат мой Фердинанд сочтет исчерпывающими. – Голос казара стал еще проникновеннее. – Я понимаю – сейчас не время говорить о подобных вещах, но залогом нашей искренности может стать рука моей младшей дочери.

Да, Белый Лис – это Белый Лис! В придачу к золоту, словам и крови идет дочь. Знает ли принцесса Этери, что в очередной раз меняет жениха? Адгемар откупается всем, чем может, а может он сейчас не так уж много.