Красное на красном

«Только безумец», но Рокэ Алва и есть безумец. Никто и никогда не знает, что предпримет этот человек в следующую минуту. Казар получил ультиматум, написанный рукой Ворона, но oт имени новоявленного короля бакранов.

Некий Бакна Первый перечислял обиды, нанесенные его народу бириссцами, и требовал от казара изгнать их из казарии. В противном случае Бакна грозил войной. Он обещал до отлета голубых журавлей взять Барсовы Врата и через Дара́мские равнины пройти во внутреннюю Кагету. Самого же повелителя кагетов, буде он не примет ультиматум, ждала судьба присланного бакранами лиса.

Робер не видел лица Адгемара, когда тот получил письмо и бритое чудище в клетке, но угрозы казар воспринял всерьез. Равиат призвал на помощь всех, кто мог держать оружие. Эпинэ не считал это правильным, но надеялся, что Белому Лису виднее. Казароны с дружинами стекались к Дараме, они не сомневались, что растопчут наглых козопасов и жалкие талигойские тысячи.

Бириссцы… Эти были прирожденными воинами, но что-то подорвало их уверенность в себе.

Как бы то ни было, с талигойского лагеря не спускали глаз, а проходы в Кагету стерегли с небывалым тщанием, особенно те, что лежали недалеко от бакранских земель. Именно там следовало в первую очередь ожидать нападения, что подтвердил бы любой мало-мальски разбиравшийся в воинском деле человек.

– Герцог Алва никогда не лжет. – Зачем он говорит об этом Маширу? – Хотя его слова можно понимать по-разному.

– Этот Алва перевел слова козопаса, которые были обычной похвальбой. Ты много говоришь об этом человеке, я почти вижу его. Он смеялся, когда записывал слова бакрана…

Машир прав, подобная шутка вполне в духе Ворона.

Маркиз призвал на помощь все свое благоразумие и представил себе Барсовы Врата. Крепость была создана самой Сагранной.