Красное на красном

Дамы поднялись и, шелестя юбками, выплыли прочь. Женевьев смотрела на мужа с легким недоумением.

– Что-то произошло? Приступ, насколько мне известно, отбит.

– Да, благодаря кэналлийцам. Эктор выказал себя полным болваном.

– Каковым и является, – со вздохом произнесла герцогиня, на сей раз полностью разделявшая мнение своего необузданного кузена. Алан невольно расхохотался, второй раз за этот необычный день.

– Несчастный Эктор, никто его не любит. Ни Шарль, ни вы, ни я, ни кэналлиец.

– Последнее немудрено, – улыбнулась женщина.

– Рамиро, – Алан и не заметил, как назвал южанина по имени, – мстит ему иначе. Не желаете узнать как?

– Желаю. – Герцогиня слегка улыбнулась.

– Он его спасает, – Окделл сделал паузу, – раз за разом и у всех на глазах.

– Рискованная игра, – покачала головой Женевьев. – Придд – опасный человек и очень злопамятный. Что с вами сегодня? Вы сами на себя не похожи.

– Кто его знает.

– Отчего же, вы правы. – Женевьев потянулась к пяльцам, и Алан понял, что она все же обижена.

– Сударыня… – Зачем он сюда пришел? У него много дел в казармах, и еще надо переговорить с Шарло о защите Полуденных ворот. – Я рад убедиться, что вы в добром здравии.

– Герцогиня Окделл знает свой долг не хуже, чем герцогиня Алва. – В тихом голосе прозвучала сталь. – Остается надеяться, что и мужчины не забудут своей клятвы не сдавать Кабитэлу.

– Можете не сомневаться, – заверил Алан. – Люди Чести могут умереть, но не отступить.

Часть вторая

«Зелен яд заката, но я выпью зелье,

Я пройду сквозь арки, где года истлели…»

1"

"Лето клонилось к концу, а Кабитэла держалась. После шестого штурма Франциск Оллар раздумал класть людей под стенами и перешел к осаде.