Красные искры света

В отличие от девушки Степан искал ту, которая может являться гипотетической Хранительницей одного из артефактов Славянской Тройки. Делал он это добросовестно, опасаясь наказания скорого на расправу Карла, но почему-то считал, что у них ничего не получится. Каждую из возможных кандидаток на роль Хранительницы немец проверял с помощью своих артефактов лично – это был трудоемкий и долгий процесс.

– Ничего, – отчеканила Полина.

– Врешь, – спокойно сказал Степа, откидывая со лба длинную светлую челку. И повторил, глядя в бледное и злое лицо девушки:

– Что произошло? Расскажи.

– Какая тебе разница?

– Значит, разница есть, – возразил парень.

– Придурок. Бесишь. Ты на машине? Отвези меня к Ольге, – вдруг приказала Полина, подумав, что только та сможет помочь ей сейчас.

– Для чего? – удивленно спросил Степан.

– Я сказала отвезти меня, а не спрашивать зачем! – выдохнула зло Полина. Степан раздражал ее. Он всегда ее раздражал: сначала в школе, когда издевался над ней, потом, будучи учеником Карла. Вшивков не оставлял ее в покое.

– Хочешь заказать еще один приворот? – усмехнулся вдруг парень. Он был в курсе многих дел Масловой. – Не надоело? Я, конечно, не слишком люблю Зарецкого, но не стоит играть с ним так. Ты его выпьешь, Поль.

– Не смей так меня называть, – проговорила она сквозь зубы.

Поля! Да как он смеет называть ее так! Как смеет разговаривать с ней и смотреть! Хотелось ударить его, но Полина сдерживалась.

– Я ведь прав? – поднял бровь Степа.

– Мне нужно, чтобы ты заткнулся и отвез меня к Ольге, – прожигала его глазами девушка. Ее ярость начинала полыхать тихим огнем, который жидким пламенем разносился по венам вместе с кровью, обжигая изнутри.

– Не собираюсь. Никогда не мог понять, почему именно Зарецкий? – спросил Степа. В его голосе слышалось искреннее недоумение. – Он как был высокомерной скотиной в школе, так и до сих пор остался таким.

Он попытался взять Полину за руку, но она резко вырвала ее из его прохладных пальцев.

– Не смей меня касаться, урод, – сказала она сквозь зубы. Пламя выплескивалось наружу.