Красавица и чудовище

Он давил на нее морально, заглушал своей мощной энергетикой и просто смывал остатки ее гордости ледяной волной безразличия. Лиза поражалась: неужели он настолько черств и глух к чужим просьбам? Должно же в нем быть хоть что-то человеческое?

Внезапная догадка отрезвила. Она горько усмехнулась и посмотрела Алексу в глаза.

– Это месть, да? Ты мстишь мне за ту статью в газете? – решила спросить напрямую.

Лицо Гилберта исказила презрительная ухмылка, и он тут же нанес свой сокрушительный удар:

– А мы что, на «ты»?

– Извините, – на автомате ответила Краснова и вздрогнула.

Сердце забилось в разы быстрее, вновь наполнилось отчаянием и болью воспоминаний, таких ценных и сокровенных. Первая встреча с Царевым, обжигающий взгляд холодных серых глаз…

– Скажите, пожалуйста, я на лед могу выходить?

– Да, конечно, можешь.

– А мы что, на «ты»?

– Извините.

– Я могу идти?

– Да, конечно. И берегите себя, Евгений…

– Андреевич.

– Андреевич.

– Я постараюсь.

В душе закралось чувство брезгливости – Алекс без спроса ворвался в ее святыню в грязной обуви и оставил там несмываемые следы.

По выражению ее лица Гилберт понял, что слова попали точно в цель, и был доволен произведенным эффектом, но битва еще не закончилась.

– Я уже забыл про ту статью. Мне это совершенно неинтересно. Должностные инструкции были напечатаны давно, и вы обязаны были ознакомиться с ними сразу, как получили, но, видимо, не посчитали нужным утруждать себя подобной ерундой.

Он тщательно подбирал слова. Так, чтобы сильнее уколоть Краснову, показать ей свое пренебрежительное отношение, доставить как можно больше страданий.

– Нет, я просто… – она попыталась оправдаться, но Алекс не позволил ей вставить и слова."

"– Я еще не закончил. У вас было достаточно времени, чтобы изучить информацию и обсудить все не состыковки с моей помощницей, но даже это вы не удосужились сделать, а теперь зачем-то пришли ко мне.

– Да послушайте вы меня! – взорвалась Лиза. Ее уже лихорадило от напыщенного эгоизма руководителя. Ведь она не отказывалась выполнять свои обязанности, а всего лишь просила пойти ей навстречу.

У прежнего директора никогда не было к ней претензий, поэтому она все чаще ловила себя на мысли, что у Гилберта есть к ней личные претензии, но всякий раз отвергала это предположение, осознавая всю его абсурдность.

– У меня нет на это времени. Через два дня у команды выезд, и вы едете с ней. Если нет, можете смело искать новое место работы, – отрезал Алекс, давая понять, что разговор окончен.