Красавица и чудовище

Он не пошевелился и не произнес ни слова, словно впал в ступор, но продолжал крепко ее держать. Внутри все оборвалось от страха потерять его. С трудом уняв нарастающую панику, Лиза лихорадочно думала, что сделать, чтобы спасти любимого.

– Царев, посмотри на меня! – отчаянно потребовала, пытаясь привести его в чувство. Мучительно застонав, он начал медленно оседать на землю, Лизе ничего не оставалось, как помочь ему.

Уложив его голову себе на колени, распахнула рубашку и поверхностно осмотрела рану. Кровь лилась фонтаном и не давала увидеть четкую картину.

– Что с ним? – Элис присела рядом, с ужасом глядя на лужу крови, расплывающуюся на снегу.

– Скорую, – прокричала Лиза, удерживая пальцы на сонной артерии Жени. Очень боялась, что его сердце не выдержит и остановится.

– Уже едут…

Лиза кивнула сквозь слезы, невольно струившиеся по щекам. Вся их с Женей совместная жизнь медленно проплывала перед глазами.

– Лис. – Хриплый шепот проник в ее мысли.

Заметив, что Женя открыл глаза, Лиза склонилась к его лицу.

– Я рядом, – заверила его, лихорадочно целуя щеки и лоб. – Все будет хорошо, только держись.

– Я рад, что все успел…

От его слов колючие мурашки поползли по спине.

– Не смей. Слышишь? – сквозь зубы процедила Лиза, едва сдерживая рвущиеся наружу рыдания. – Не смей прощаться со мной!

– Поцелуй меня, – попросил он и едва заметно улыбнулся.

– Нет, даже не думай! Поцелую после…

– Сейчас. – Короткий вздох сорвался с его губ. – Пожалуйста…

Глотая слезы, Лиза приблизилась к его ледяным губам и нежно накрыла своими, щедро делясь теплом и жизнью. Чувствовала, что он слабо отвечает ей, и пыталась через их незримую, но такую тесную связь забрать часть его мучений себе, впитать как можно больше боли и подарить хотя бы призрачный шанс на спасение.

Ощутив, как его голова стала тяжелой, а губы перестали шевелиться, Лиза отстранилась, с ужасом глядя в бледное как смерть лицо.

– Царев, не бросай меня! – Не сдержавшись, она громко разрыдалась. – Ну пожалуйста. Я не смогу без тебя…

Сердце рвалось на части от отчаяния и безысходности, и только слабо бившийся на сонной артерии пульс давал ей надежду не умереть от горя.