Красавица и чудовище

 – Это же такая большая сумма…

– Раиса Аркадьевна, – устало выдохнул Алекс, желая поскорее покинуть этот кабинет. – Для сына мне ничего не жалко.

– Спасибо, вы настоящий отец, – она забрала купюры, торопливо записала все в свою тетрадку и спрятала ее обратно в ящик. – А сын-то как на вас похож. Глаза прям один-в-один…

– Теперь, наконец, я могу идти? – иронично поинтересовался Гилберт и смерил ее вопрошающим взглядом.

– Конечно-конечно. Не буду больше вас задерживать.

– Всего хорошего, – он направился к двери, но, сделав несколько шагов, вернулся.

– Ой, как здорово, – учительница чуть ли не захлопала в ладоши. – Мужчин нам всегда не хватает, а таких, как вы, особенно.

– До свидания, Раиса Аркадьевна, – Алекс настойчиво перебил поток комплиментов и поспешил ретироваться.

Всю дорогу до машины он думал, как объяснит свой поступок Элис, а тем хуже – Лизе, которая когда-нибудь обязательно узнает об этом.

***

Почти весь день Лиза провела за домашними делами: убиралась, стирала, готовила ужин и с легким мандражем ждала появления своих мужчин. С сыном очень хотелось поговорить, выяснить накопившиеся проблемы и попытаться как-то их решить, а с мужем… Она не знала, чего от него ждать. Еще с утра решила, что не будет предъявлять никакие претензии, боялась его реакции и не хотела затевать очередной конфликт.

Щелчок дверного замка заставил вздрогнуть, Краснова сделала глубокий вдох и вышла в коридор.

– Явилась уже, – усмехнулся Максим и направился в ванную. – Поесть что-нибудь приготовила?

– Да, садись за стол.

Лиза не могла понять его настроение, поэтому переживала. Пока накладывала еду, руки нервно подрагивали.

Краснов прошел мимо нее, не задержавшись, как обычно, для поцелуя, и удобно устроился на одном из стульев. Неотрывно следил за каждым ее движением, отчего Лиза нервничала еще сильнее.

– Как отдохнула? – лениво, будто между делом, поинтересовался он, тщательно пережевывая пищу.

Макс явно доминировал над ней, видел страх в ее глазах и упивался своим могуществом. Знал, что в любой момент может сделать все, что заблагорассудится, и она не посмеет возразить.

– Ты же знаешь, что я была в больнице… – робко ответила Краснова и невольно сжала кулаки, приготовившись к обороне.