Королевский отбор, или Попаданка под прикрытием

Их всех я отобрал специально для отбора, потому что знал, что ментальная магия плохо действует именно на ящеров. А значит, менталист не сможет заставить моих людей танцевать под свою дудку. А если попробует, то они сразу это почувствуют.

Как только за стражником закрылась дверь, плечи Пенелопы поникли, и она сгорбилась, словно под натиском невидимого груза.

‒ Леди Хилл, мы уже убедились вчера вечером и сегодня утром, что вы не знаете, что с вами случилось. Единственное, что нам известно ‒ кто-то пытался убить принца, пользуясь вашим телом.

Пенелопа неуверенно кивнула.

‒ Вы обещали отправить меня домой.

‒ Так и будет, ‒ заверил ее я. ‒ Но прежде… ‒ обернувшись к Анжелике, я поймал ее настороженный взгляд. Кажется, она начала догадываться, по какой причине мы все здесь собрались.

‒ Ты серьезно? ‒ глаза девушки сузились, и она сложила руки на груди.

‒ Ч-что вы хотите со мной сделать? ‒ голос леди Хилл дрогнул, и она сжалась пуще прежнего.

Было определенно жалко видеть ее такой потерянной.

‒ Вы должны разрешить леди Соли обследовать вас магией, ‒ заявил я твердо. ‒ И вы сделаете это, если действительно невиновны.

Да, я давил. Да, пользовался своей властью. Но другого выхода не было. Я слышал недовольное дыхание Анжелики, чувствовал всеми фибрами души, что она злиться за этот ход. Пускай. Ей тоже придется сделать то, что я хочу.

Иначе…

‒ Я согласна… ‒ тихий шепот, почти беззвучный, сорвался с губ сломленной участницы отбора.

‒ Замечательно, ‒ я кивнул. ‒ Леди Соли, ваш выход.

Глава 46

Как же хотелось огреть советника чем-нибудь тяжелым по голове. Желательно так, чтобы в ней все встало на свои места и заржавелые шестеренки начали крутиться, генерируя нормальные мысли и идеи. И ведь надо отметить, что каждая наша встреча теперь стала знаменоваться этим стойким желанием. Раньше я за собой враждебности не наблюдала.

Дамион Бессо еще в самую первую нашу встречу заявил, что моя магия ‒ зло. И пользоваться ей нельзя ни в коем случае. Но, видимо, это не относилось к его собственным решениям.

Советник захотел ‒ будь добра, Анжелика, подчинись и делай, что говорят.

А если я не хочу?

А если я не могу?

А если… не знаю, что делать?

Мужчина выжидательно на меня уставился. Бес даже не предупредил меня о своих замыслах.