Королевская кровь 11. Чужие боги

Понимаешь, она сказала, что я всех вижу, какие они есть. И ее, поэтому со мной нет смысла носить маску. И тебя, – она подсунула ему под морду ладони. – Ты грустный и резкий, но хороший.

Вей закатил глаза и глухо рыкнул. Он понимал, что все делает правильно – но все равно доверчивость и открытость младшей Рудлог заставляли сердце недовольно ныть.

– Что? – возмутилась девочка Юноти. – Ты сам попросил меня говорить!

– Верно, – пробурчал Вей Ши. – Не сердись. Дай еще воды.

Принцесса с прищуром посмотрела на него и приложила мокрую ладонь к тигриному лбу.

– Ты все же какой-то не такой. Заболел? – спросила она неуверенно и поднялась. – Слишком вежливый. Сам на себя не похож. Ни разу не сказал, что я тебе надоела. Помогаешь вон. Кто тебя усыпил? – спросила она уже от ручья.

– Дед, – ответил он тяжело. Он не хотел говорить, но это было нужно, чтобы не спать. – Он может погибнуть.

– Ох, – глаза ее широко распахнулись, и в них не было ни проблеска воспоминаний. – Его нужно спасать, да? Как ты это сделаешь?

– Для начала мне нужно прийти в себя здесь, – Вей помотал головой, – а для этого нужна вода из моей ментальной энергии.

– На самом деле я тоже рада тебя видеть, – пробормотала Каролина. – Я скучаю по Тафии и храму, и дедушке Амфату, и Четери, и нашим рисункам. А ты?

Вей благоразумно не стал отвечать и продолжил лакать из ее рук. И вдруг он осознал, что и ему приятно ее видеть – и даже голос нынче не раздражал, а звонкой нитью вытягивал из сна.

– Тебе бы подошло имя Кейя, Звонкий Ручеек, – проговорил он, облизываясь. – Твое имя грубое, совсем тебе не подходит."

"Девочка выпрямилась и очень уверенно ответила:

– Вот теперь я вижу, что это ты. Мне нравится мое имя, и это ты грубый, а не оно. – Она задумалась и милостиво разрешила: – Хотя можешь звать меня Кейя, если тебе сложно его выговорить. Слу-у-шай, – она посмотрела на руки. – Мне надоело бегать туда-сюда.

– Траву можно, – и Вей клацнул зубами, срезая несколько травинок, – а землю не выйдет.

– Почему?

– Потому что мы существуем в наших ощущениях, которые моделирует мозг, исходя из сенсорного опыта или нашей памяти. Для нас земля и камни несъедобны. Мозг это знает. Его не обмануть.