Королевская кровь 11. Чужие боги

– Они не видят нас, – неслышно сказал он.

Ящеров, попытавшихся пробежать сквозь строй, с хохотом ловили наемники, протыкая пиками и поднимая над собой, хватали и невидши, бросаясь вперед и смыкая жвала на дергающихся тушках. В сторону путников враги больше не смотрели. Алина, закусив губу от страха, тихонечко подтянула кончики крыльев под себя, прижав их животом. Иномиряне отворачивались, двигались дальше, мимо.

Алина взглянула на Четери – дракон наблюдал за невидши с хмурым выжиданием тигра, готового сломать добыче хребет.

Именно Чет пару часов назад насторожился, закрутил головой, стряхивая воду с волос: утро выдалось дождливым, и после начала движения все успели промокнуть насквозь.

– Земля вибрирует, – сказал он. – К нам движется много людей.

Минут через двадцать и Тротт поднял голову, глядя куда-то в сторону. Путники пошли осторожнее, скользя от ствола к стволу. Сначала Алина увидела деревья, заброшенные в лес, затем, в сотне шагов вниз – дорогу на краю оврага, вспаханную тысячами следов… А потом Тротт свистяще приказал: «Ложись!», – и принцесса, упав за ствол, заметила, как из-за поворота далеко от нее, может, в полукилометре или больше, появляются первые темные фигуры.

Хорошо, что полил дождь, и порывы ветра шли от реки, хорошо, что дорога находилась довольно далеко и ниже того места, где спрятались путники – и охонги, и невидши не чуяли их. Алина каждую секунду ожидала, что кто-то из чудовищ повернет к ним морду, заверещит, учует, бросится… отряды все шли и шли, но дождь, слава богам, не прекращался, да и людей по дороге двигалось немало – инсектоиды беспокоились, но слушались всадников и в стороны не дергались.

"Колонны инсектолюдей то и дело перемежались большими группами норов – мелких дворян в сопровождении нейров-наемников. Дворяне были одеты в хитиновые доспехи, будто собирались сразу уйти в бой, и каждый отряд нес с собой знамя – красное солнце на белом фоне, пронзенное мечом и закрытое паутиной.

– Это императорский штандарт, – проговорил Тротт тихо. – Похоже, сюда дошли личные императорские батальоны.

Древки, вставленные в крепления сбруи у шейных сочленений охонгов, гнулись под тяжестью мокрых полотнищ, тяжело хлопающих на ветру. Воины императора выглядели так, будто видели и сами творили все мерзости мира, но и в их взглядах, обращенных на инсектолюдей, проскальзывали отвращение и опаска.