Любовь Носорога (СИ)

Вова Черный, ушатавший бедного чистенького Васю на деловых переговорах по-русски до больничного на нервной почве, ожидаемо не захотел идти навстречу и предъявил по поводу драки в одном из его заведений. Шавки доложили в тот же день, скорее всего, обрадовали. Конечно, когда еще так удачно Носорог кого-то из них, козлов, потопчет? Ч тоб без серьезных последствий для организма. И с прибылью боссу. Радость же.

Вова все же проявил осторожность и уважение и позвонил только на следующий день ближе к обеду.

Носорог, помянув недобрым словом и казачку, и ее сестру-пьянь, тоже немного сбавил обороты, решив, что Вова надоел, и надо с ним решать, но не сейчас. В итоге один скинул пару процентов, а второй забыл про моральный ущерб.

И эта уступка была Паше поперек горла. Потому что Вова, как и любое шакалье, прекрасно чувствовал момент, слабину, когда можно хапнуть. Куснуть. И откусить побольше. И тут, вот в этой ситуации, была слабина Паши. Конкретная такая.

Паша в этот же день вызвонил Батю, судя по голосу отсыпавшегося после бурной встречи с местными деловыми людьми, получил отчет по итогам, общую оценку по ситуации, вполне благоприятную, кстати, и по личности Васи, проявившего себя настоящим бойцом, но истощившего внутренние ресурсы (тут Паша мрачно подумал, как бы его финдиректора теперь не пришлось в венерологию отправлять, Черный особой разборчивостью в шлюхах не отличался, драл, по старой зековской привычке, все, у чего были дырки, поэтому качество баб в бане могло быть и не особо высоким).

Паша доклад выслушал молча, тяжело глядя перед собой, и Батя даже по телефону тонко улавливавший нюансы настроения начальства, замолчал, ожидая распоряжений.

— По Черному — материалы сегодня к шести. Все. Особо интересует, с кем бодается.