Любовь Носорога (СИ)

— И не вздумай Соньку утащить на выходные, она мне нужна будет для координирования.

— Паш, ну у нее должны быть выходные, заездил совсем, — попытался возразить поверивший в то, что он трудиспекция, Батя. Точно, хотел рыжулю на свое сказочноебали утащить!

— Да уж кто был, бл*, говорил! Ты у нас еще тот наездник!

Паша отвернулся к планшету, давая понять, что разговор закрыт. Сонька — его подчиненная, ценный кадр, пусть и без пяти минут замужний. Хотя, Батю она гоняет похлеще, чем мелкая дрянь Лысого.

Так что, может, и кинет еще. Хотя этого как раз и не надо. Очень уж он не в себе ходил, когда она так сделала в последний раз. Паше даже приходилось его пару раз в спортзал приглашать и дерьмо выбивать, чтоб не борщил и помнил про субординацию.

— Ну что, долго она там его расчесывать будет? — не выдержал уже Батя, переключая гнев с начальника на приятеля. — Жрать охота, мы тут до вечера сидеть будем что ли?

А Паша посмотрел в окно, за которым занималась весна, и подумал, что дороги уже должны быть чистыми, и им с казачкой легко будет ехать.

И можно остановиться в одном прикольном местечке по пути в Москву, хоть на пару часов, и всласть потрахать ставшую невозможно сексуальной и активной на фоне беременности Полинку на природе. А че, прикольно, там есть деревянные срубы, с панорамными окнами и видом на излучину реки. Балконы на втором этаже. Замотать ее в пушистый плед, сесть в широкое кресло качалку и посадить на себя. Положить руки на выдающееся пузико. И покачать. Медленно и нежно. А потом быстро и грубо. А потом…

— Так, — он торопливо поднялся под удивленным взглядом Бати, — лови этого мученика и жрите без меня, у меня дела.

— Да какие дела, мы же хотели… — начал Батя, прекрасно знающий и расписание, и список дел генерального, но Паша его прервал, рявкнув по-носорожьи:

— Важные, бл*!

И вышел прочь, по пути набирая свою казачку, как раз сидящую на работе:

— Полина, в мой кабинет быстро.

— Паш, у меня тут отчет, — начала она, и пришлось еще раз рявкнуть:

— Живо, бл*!

Пауза на осмысление, а потом:

— Ооо! У Носорога чешется рог?

— Ну ты договоришься сейчас!

— Жду не дождусь!

И отключилась, стервочка!"

"Нет, все же родственницы они с малолетней дрянью.

Но его, Носорога, оторва — круче. Потому что мудрее.

И сейчас, несмотря на его грубость, точно идет к его кабинету, придерживая пузико.

Чтоб Носорог мог почесать свой рог с обоюдным удовольствием.

Конец"