Кодекс Императора VII

* * *Члены коалиции также наблюдали за происходящим в столице Российской империи, как это делал и весь мир. За событием такого масштаба неустанно следили и обсуждали.

За столом сидело чуть больше тридцати аристократов. Григорий Романов находился в столице, а вот некоторые другие рода решили покинуть поместье графа Летова и спрятаться от греха подальше. Некоторые уехали за границу. Кто-то решил дожидаться окончания боевых действий в глубинке Российской империи. Страх взял верх над этими людьми, и желание обезопасить семью пересилило все другие задачи.

В зале царила напряжённая атмосфера, разве что воздух не искрил. Первые десять минут все сидели молча, не зная, как реагировать на увиденное. Сейчас прямо на глазах аристократов их армии и союзники обращались в лёд. Застывали в убегающих позах, не в силах спастись от легендарной стужи.

Каждый понимал, что это конец. Разочарование было написано на этих некогда радостных лицах. Три дня назад члены коалиции пророчили себе громкий триумф и захват власти.

— Господа, у нас ещё есть шансы, — заявил Фёдор.

Он сжал кулаки так сильно, что костяшки побелели. Произошедшее сильно разозлило цесаревича. Он отказывался принимать очевидный факт. Победы не будет.

— Какие шансы? — хмыкнул его друг — Евгений Казанский. — Даже если мы снова отправим подкрепление, его также заморозят на подходе ко дворцу.

Ответом стала гулкая тишина. Даже на мониторе не было звуков. Стужа добралась до дрона, ведущего съёмку с воздуха, и заморозила его вместе с солдатами.

— Тут даже самые сильные Одарённые стихии огня не справятся, — покачал головой граф Летов.

— Как думаете, господа, у нас ещё есть шанс на спасение? — в голосе князя Казанского слышалась надежда вперемешку с отчаяньем. Он цеплялся за любую возможность — не сохранить свою власть, а хотя бы выжить.

— После произошедшего в столице — очень сомневаюсь, — категорично ответил Пётр Леонидович Воронов.

В зале снова воцарилась тишина. Каждый думал о том, как бы спасти свою шкуру.

— Но мы не можем просто сдаться! — выкрикнул Фёдор.

На его слова не обратили внимания. Он утратил свою полезность и выгоду ровно в тот момент, когда исход мятежа стал очевиден. Теперь он не полезный актив, а лишь мешающий балласт, который необходимо сбросить.