Когда ты вернешься ко мне

Нет, выцветшая красная краска будет блестеть, а ржавый хром снова засияет.

Потому что именно это его призвание, – думаю я, наблюдая, как Ривер восхищенно осматривает машину. – Он возвращает вещи к жизни.

– В любом случае, это подарок больше для меня, чем для тебя, – добавляю я. – Ты проводишь так много времени в мастерской, лишая меня удовольствия лицезреть тебя в рабочей форме, измазанного маслом и потного, склонившегося над автомобилем…

– Я сейчас нагну тебя прямо над этим капотом, – предупреждающе произносит Ривер хриплым голосом и крепче прижимает меня к себе.

Я скольжу рукой вниз по его джинсам.

– Я тебе позволю… – Сжимаю пальцы.

Он стонет, затем убирает мою руку.

– Один из способов представиться соседям.

– Довольно забавный.

Ривер хохочет, и мы возвращаемся в дом.

– Не забывай. Сегодня вечером мы ужинаем у папы.

– Как тут забыть? Ты напоминал мне об этом по меньшей мере раз десять с сегодняшнего утра.

– Знаю, но…

Ривер не заканчивает фразу. Я прищуриваюсь.

– Мы все время ужинаем у твоего отца.

Ривер проводит рукой по своим густым темным волосам.

– Просто… у меня много работы в мастерской. Может, я сам себе напоминаю, чтобы не забыть.

– Ну да. Может, стоит пригласить Беатрис?

– Я уже.

Интрига закручивается…

– Не знал, что ты поддерживаешь общение с моей tia[47].

– Я ее тоже люблю, – ухмыляется Ривер. – Тебе нужно научиться делиться.

Беатрис вышла на пенсию по Пенсионной программе Холдена Пэриша.

Начинаю возражать, но Ривер внезапно останавливается. Я следую за его взглядом и замираю.

По подъездной дорожке идут Маргарет и Реджинальд Пэриш. Редж несет большой подарок, завернутый в серебристую бумагу и перевязанный светло-зеленым бантом.

– Это они? – спрашивает Ривер низким, злым голосом.

– Нет, мои родители никогда бы не выглядели так по-человечески, даже если замаскируются. Это мои тетя и дядя.

После того, как я вернулся из своего добровольного изгнания, то оставил дверь открытой, чтобы восстановить связь с Реджем и Мэгс через Бернара.