Когда ты вернешься ко мне

 – Люблю всем сердцем, Ривер.

Взгляд зеленых глаз был ясным, обычная язвительность в голосе исчезла, оставив лишь честность и уязвимость его слов."

"– Я мог бы сказать тебе тысячу раз за эти годы, но посчитал, что они ничего не будут стоить, если их произнесет кто-то вроде меня. Облажавшийся и сломленный. Это мне внушила Аляска, и потребовалось много времени, чтобы перестать ей верить. Я и сейчас с ней борюсь. – Он покачал головой, зеленые глаза заблестели от слез. – Я сожалею о каждой унции боли, которую когда-либо причинил тебе, Ривер.

– Не слишком, – ответил я, крепче сжимая его, – я тоже тебя люблю. Господи, я так люблю тебя, что не знаю, как дожил до этого дня.

– Прости, – прошептал он, приблизившись к моим губам и нежно целуя меня. – Мне очень стыдно. Но нужно было время, чтобы стать достойным тебя, потому что ты очень хороший, Ривер.

– Мне плевать на то, чего я заслуживаю, – рявкнул я, грубо схватив его за воротник и обхватывая ладонью подбородок. – Я хочу тебя. Я люблю тебя. Люблю очень сильно…

Слова растворились в глубоком, прекрасном поцелуе. Искреннем. Поцелуе, который связал нас невысказанными обещаниями. Мы упали на песок, обнимаясь и целуясь. Воссоединяясь и заново знакомясь. Вспоминая его губы, его вкус… его тело, которое теперь казалось сильнее.

Мы долго сидели рядом, пока солнце почти не скрылось и не забрало с собой тепло. Затем мы встали и направились обратно, Холден бросил последний взгляд на Хижину.

– Это хорошее место, – заметил я.

Он печально улыбнулся.

– Когда-нибудь мы вернемся сюда. Все мы.

До машины мы шли в тишине, наслаждаясь присутствием друг друга. Джеймс отвез нас ко мне домой.

– Ничего особенного, – сказал я Холдену, отпирая дверь.

– Выглядит не обжитым.

– Это точно. Я здесь практически не живу.

– Но кровать у тебя имеется? Главный вопрос.

Я усмехнулся.

– Да, кровать у меня есть.

– Большего мне и не надо.

Холден взял меня за руку и, с любопытством оглядываясь, двинулся вперед, пока мы не добрались до спальни.

– Раздевайся, – приказал он.

– Холден…

Он махнул рукой.