Когда ты вернешься ко мне

Выйдя на улицу, я прислонился к кирпичной стене и закурил гвоздичную сигарету, чтобы успокоить нервы. Было безрассудно и глупо позволить одной ночи все изменить. Вот только это была не одна ночь. Это были месяцы ночей с Ривером, каждый поцелуй, прикосновение и разговор по душам стирали дистанцию, которую мы пытались сохранить между нами. Но через несколько коротких недель это расстояние станет реальным.

– Если только… – пробормотал я, выдыхая это слово со струйкой дыма. Ни для кого не секрет, что Ривер боялся своего отъезда так же сильно, как и я.

Ты думаешь, он собирается бросить карьеру в НФЛ и разрушить надежды своего отца? Ради тебя? – спросил ехидный голос в моей голове, подозрительно похожий на голос моего собственного отца.

Меня пробрала дрожь, и сигарета выпала из внезапно онемевших пальцев. Я затушил ее как раз в тот момент, когда мимо проходил мистер Чаудер. Он остановился, принюхался, а затем повернулся ко мне, прищурив глаза.

Я помахал ему пальцами и послал воздушный поцелуй. Мужчина фыркнул и ушел.

Я закурил новую сигарету и обдумал варианты, с тревогой обнаружив, что есть только один.

Рассказать Риверу.

Хор незатыкающихся голосов в моей голове рассмеялся над этой идеей. Встать перед ним голышом и попросить выбрать меня…

– Это может сработать, – пробормотал я. – Сработало же для Джулии Робертс и Хью Гранта.

Пара проходящих мимо девушек странно посмотрели на меня.

Я скривил губы, глядя на них.

– Ой, можно подумать, вы сами не пересмотрели «Ноттинг-Хилл» раз сто.

Прозвенел звонок, и я выбросил сигарету.

В обед я, как обычно, пошел в оркестровую, но там было пусто. На мой телефон пришло сообщение от Ривера.

Я на трибунах. Встретимся там.

Я нахмурился.

Место для поцелуев? Никогда там не был. Но хочу. С тобой.

Крошечный огонек надежды, который я лелеял в сердце, вспыхнул с новой силой. Место для поцелуев под трибунами было скрыто от широкой публики, но парочки приходили и уходили регулярно.

Он ждал меня в темном закутке, заваленном обертками от хот-догов и пахнущем прогорклым попкорном. Ривер крепко поцеловал меня, и мы быстро поплавились в объятиях друг друга. Память о ночи метеоритного дождя оживала в каждом прикосновении, каждом взгляде, каждом вздохе.

– Эй, – хрипло выдохнул я, прерывая наш поцелуй.