Хроники Придайна

Мы превратили лягушку в аиста, любящего лягушек. С тех пор у него не было никаких сомнений. А лягушки просто не успевали усомниться. Вот счастливая судьба! Мы с радостью сделаем то же самое для тебя.

— Для вас обоих, — прокаркала Оргох.

— Нет! — завопил Гурджи, прячась за спину Тарена. — О, добрый хозяин, Гурджи не хочет быть ни прыгой, ни дрыгой!

— А помнишь змею, — подхватила Орвен, — которая ужасно мучилась от того, что никак не могла решить, быть ли ей зеленой с коричневыми пятнами или, наоборот, коричневой в зеленых пятнышках? Мы сделали ее невидимой, но с видимыми пятнами, поэтому все, кроме нее, видели ее и не наступали.

— А я вспоминаю, — хрипло откашливаясь, просипела Оргох, — был такой вкусный…

— Успокойся, Оргох, — перебила Орвен, у твоих воспоминаний такой… такой неприятный привкус.

— Ты видишь, мой петушок, — сказала Ордду, — Мы можем помочь тебе стать счастливым по-всякому, разными способами. И все они быстрее и проще, чем любой, который ты смог бы выдумать.

— Нет, нет! — радостно воскликнула Орвен, — Не будем их затруднять! Мы решим сами и избавим бедняжек от утомительного выбора. Они только спасибо нам скажут! Как очаровательно будет увидеть выражение благодарности на их крошечных личиках, или клювиках, или… или что там в конце концов у них появится!

— Только не птицы! — запротестовала Оргох.

Страх сковал Гурджи. Он мог только беззвучно открывать рот, как во сне. Тарен почувствовал, как кровь у него застыла в жилах. Ордду сделала шаг к нему, и Тарен непроизвольно потянулся к мечу.

— Ну, ну, мой цыпленок, — пропела Ордду, — только не выходи из себя. Кто знает, сможешь ли вернуться обратно? Хи-хи! Ты прекрасно знаешь, что твой меч бесполезен здесь, к тому же размахивание мечом еще никому не помогало думать.

— На-аше решение, — эхом откликнулась Оргох. Из глубины ее капюшона красным огнем загорелись маленькие глазки, и плотоядно раскрылся рот.

Тарен выпрямился.

— Ордду, — проговорил он, стараясь, чтобы голос его звучал твердо, — Ты ответишь мне на мой вопрос? Если нет, то мы уходим.